В какой-то момент когда ужин был закончен, посуда вымыта, а разговор сошел на нет, я обнаружила себя сидящей в объятьях Горина напротив телевизора с включенным фильмом.

- Почему мы смотрим “Пятый элемент”? - спросил он, потеревшись носом о мое ухо. Очень близко.

Руки обвили меня в крепкое кольцо и это не то положение из которого я могла бы легко выбраться.

- Потому что он веселый и интересный? - спросила я.

- Не знаю. Самое интересное сейчас у меня в руках.

Он чуть смещается, поворачивается и поворачивает меня к себе. Голову, плечи, корпус. Смотрит в глаза. Целует. Медленно, эгоистично медленно, но жадно. У меня даже сидя кружится голова и все мысли разом её покидают. Поднимаю руки и кончиками пальцев прикасаюсь к его щекам. Не знаю как сделать правильно. Думаю, думаю, думаю. Думаю неподходяще много для этого момента, пока не понимаю, что его рука опустилась ниже и он приподнял край моей маечки.

Это приятно. Меня ведет просто от того, что прикосновения могут быть такими. Сильными и нежными. Я выгибаюсь, поощряю его продолжить, мне это нравится. Но как только ладонь опускается ниже, к краю моих шорт все меняется.

Я замираю, словно восковая фигурка, изваяние не способное ни дышать ни шевелится. Это плохо. Так быть не должно. Он мне нравится, возможно больше чем просто нравится, но…

- Захар, - шепчу ему в губы, слышу как эти звуки растворяются в поцелуе и исчезают на его губах. - Захар, пожалуйста, - повторяю. Также тихо, почти обреченно понимая, что он сейчас вряд ли услышит.

Но Горин замирает, приоткрывает глаза, а в них черная ночь с угольками тлеющей страсти. Он смотрит внимательно и нежно. Так, что внутри все переворачивается. Может быть именно в таком состоянии из мужчин можно вить веревки, просить кого-то убить или объявить войну. Но мне не нужно так много.

- Я боюсь, - говорю честно. - Я не готова, прости.

Он молчит и продолжает смотреть. Не злиться и не пытается продолжить. Медленно гладить ладонью мне по голове.

- Ты не должна за это извинятся, Лиля.

- Мне страшно.

- Мне тоже.

Это признание далось ему нелегко и сбивало с толку. Не знаю почему, но мне казалось, что Горин не из тех мужчин кто легко ведет подобные разговоры с женщинами и готов открыться перед ними.

- И что же нам делать?

Захар снова развернул меня к себе лицом и убрал прядь, упавшую на щеку.

- Может быть сходим на настоящее свидание?

Глава 31

Слава небесам, Горин додумался не покупать мне цветов. Или не рвать их на ближайшей клумбе, потому что флористических магазинов здесь отродясь не было. Зато было кафе с роллами, пиццей, шашлыком и беляшами, куда и пригласил меня Захар.

- Может лучше я приготовлю что-то дома?

- Мы же планировали свидание, - Захар вглядывается мне в лицо, пытаясь поймать перемену настроения.