Проходя мимо Демида, который, как она была уверена, готов был схватить её за руку, она остановилась, задержалась, чтобы негромко, но четко сказать:

– Я ненавижу тебя. И больше не боюсь.

Не дожидаясь ответа, она пошла дальше.

Её никто не задерживал.

Кира не помнила, как дошла до раздевалки. С удивлением обнаружила, что в руках по-прежнему держит сумочку. Вот, что значит, привычка. Грустно усмехнувшись, Кира попросила шубку.

Морозный воздух наполнил легкие.

Не обращая на шум и гомон вокруг, Кира двинулась в сторону от клуба. Её обувь не подразумевала прогулок по снегу, но вокруг клуба всё расчистили, и до дороги она смогла дойти беспрепятственно.

В дни, когда город гудел от предновогодних корпоративов, таксисты работали в удвоенном режиме. Желтые машины с черно-желтыми шашечками мелькали постоянно.

Кира действовала на каком-то автоматическом режиме. Она словно видела себя со стороны. Вот она поднимает руку, завидев такси. Вот откуда-то, совершенно непонятно откуда, впереди такси появляется черная большая машина. Ну, появляется и появляется. Бог с ней. Сейчас проедет.

Но машина с глухим шипением останавливается рядом с Кирой. Та непонимающе делает шаг назад. Видимо, недостаточно быстро. Потому что передняя пассажирская дверь распахивается, и оттуда появляется темноволосый мужчина в черном пальто. Одновременно открывается и задняя дверь.

Что-то не так…

Кира больше ничего не успевает сделать. Даже закричать. Белый платок мелькает в воздухе, прежде чем опуститься ей на лицо. Едкий запах, и дальше полнейшая темнота.

Глава 17

Его Аристократочка, когда придет в себя наверняка начнет кидаться чем попало.

Сто процентов. Конечно, он с ней справится и с легкостью, но зачем нарываться?

Хищно улыбаясь в предвкушении, Демид подошёл к шкафу, достал простыню и, не особо напрягаясь, оторвал от неё две полоски. Он не был сторонником БДСМ-игр, но порой любил привязывать партнершей к кровати для остроты ощущений. Почему бы и нет?

Кира вот-вот должна прийти в себя, следует поторопиться.

Подходя к кровати, Демид замер.

Красивая.

Лежит, наконец-то, на ЕГО кровати, немного боком, волосы растрепались, ареалом раскинулись на подушки.

Дыхание ровное, глубокое. Губы припухли от его поцелуев…

Стоило вспомнить, как она отвечала на его ласки, как сама в ответ открывала губы, углубляя поцелуй, и всё, член снова наливался кровью.

Мало.

Как же ему её было мало!

Но ничего…

Теперь она в его власти, и он хрен её куда отпустит.

Надо будет – прикует к кровати цепями.

И он не шутил.

Его взгляд спустился к бедрам. Платье немного задралось, скрутилось, обнажая бедро.

К которому он прикасался всего несколько часов назад.