Всё то, что снится каждому обывателю из ночи в ночь.
И не было Демида. Не было её Демона с пылающим взором.
Не было ничего. Ей бы радоваться. Её больше не беспокоили кошмары, суть которых она вспомнила. Да, её гибель в прошлом – вот что скрывало её бессознательное. Прятало, подменяя каждую ночь картинками счастливой жизни с Демоном. Кира привыкла быть честной с собой и четко осознавала – ночи наполнились пустотой.
Пустая кровать. Пустые сны. Пустое пробуждение.
Она вставала, умывалась, брала себя в руки и дальше жила, работала. На её горизонте нет-нет да появлялись мужчины, которые оказывали небольшие знаки внимания и пытались пригласить на свидание, каждый раз получая отказы.
Кира не сомневалась – Демид рядом.
Да он особо и не скрывал своего ненавязчивого присутствия в жизни."
"После того, как она несколько раз не ответила на его звонки, ожидала, что он появится на пороге её квартиры. Ошиблась. Он не приезжал. Зато присылал цветы. Много цветов. Несколько раз украшения. Изумительный набор: серьги, кольцо, подвеска, браслет. Их объединял черный жемчуг и великолепный черный скорпион в центре каждого украшения.
Иногда, особенно темными и одинокими ночами, она доставала набор и долго смотрела на него. Изображенный скорпион чем-то напоминал Демида – такой же опасный и непредсказуемый.
Цветы Кира тоже не выкидывала. Когда некуда стало ставить – раздавала соседкам, знакомым, оставляла консьержке. Кира ловила на себе немного завистливые и мечтательные взгляды, которые предпочитала не комментировать.
За пределами Питера ничего не менялось.
Несколько раз Кира видела и Демида. Тот не подходил – наблюдал. Один раз, почти через месяц после происшествия в его родовом поместье, он встретил её. Их взгляды столкнулись, и Кира покачала головой, выдохнув одними губами: «Не смей». Она видела, как он выпрямляется, как сжимает руки в кулаки. Их разделяла проезжая часть.
Демид остался на месте.
Он дал ей время. Зачем? Для чего? Чтобы она свыклась? С чем? Киру ломало каждый день. Она говорила, что между ними ничего нет. Было в прошлом и не с ними. Потом она спрашивала себя: кого обманывает? Её нестерпимо тянуло к нему. Она тосковала.
Частица её души осталась там, на утесе.
Поэтому она почти не удивилась их встрече в «Берлоге», и у неё, кстати, ещё будут вопросы к Артурчику.









