Демид дышал рвано, было видно, что внутри него происходит борьба. Он желал продолжить начатое, но и её предложение о перемирии ему показалось логичным.

– Я не хочу тебя отпускать, – не размыкая губ, проговорил он. Вывернул руку и теперь большим пальцем гладил её подбородок. – Ты хотя бы представляешь, как часто я мечтал вот так подмять тебя под себя, а, Киииирра?

– Демид, – выдохнула она, ловя очередную волну накатывающего вожделения. Желание, что проснулось в ней, было абсолютно новым для Киры. До этого момента она испытывала лишь отголоски подобного. И это Киру пугало куда сильнее яростных темно-синих глаз.

– Что?.. Что, моя хорошая…

Кира хотела сказать, что она не его, но вовремя прикусила язычок. Если уж она нашла в себе силы пойти на мировую с Демоном, то надо идти выбранной дорогой до конца.

– Я, наверное, понимаю, что ты испытываешь, но… Демид, ты не меня хочешь, а ту, из снов. Ох…

Демид сделал толчок бедрами, давая ей возможность ощутить всю силу своего «нежелания».

– Ты сомневаешься, что я хочу именно тебя? – он всё ещё полыхал, говорил сквозь зубы.

А Кира уже не знала, как сбавить его обороты. Она впервые столкнулась с мужчиной, что набрасывался на неё, как голодный зверь.

– Так нельзя, давай поднимемся.

– Мне нравится лежать на тебе, Аристократочка.

– Аристократочка?

– Да, Кира, во сне ты предстаешь в образе долбанной аристократки, сводящей меня с ума своим высокомерным, недоступным видом.

Кира готова была застонать от отчаяния.

С каждым откровением Демона-Демида становилось только хуже.

– Демид, прошу ещё раз… Сон – это сон. Мы же с тобой находимся в реальности.

От его циничной усмешки у неё замерло сердце.

– Ты разговариваешь со мной, как с психом, тщательно подбирая слова.

Она могла бы утвердительно кивнуть. Не только он ей напоминал психа, она и сама поддалась его влиянию.

Кира не могла не вздохнуть с облегчением, когда Сакронский, не стесняясь в выражениях, выругался, а потом оттолкнувшись от пола, пружинисто поднялся. Ей он руку не предложил. И не надо. Она как-нибудь сама. Хорошо, что уже прислушался к доводам разума и не натворил дел. Узкая кожаная юбка не давала возможности подняться быстро и элегантно. Кира не смотрела на Демида, пока неуклюже поднималась, стараясь, чтобы юбка не оголила бедра. Нового взрыва неконтролируемой похоти со стороны нового знакомого Кира не жаждала.

– Воды?

– Не откажусь.

В горле и правда пересохло.

– Или вина?

– Воды.

Боль снова подступала к вискам. В клатче, небрежно оставленным на столике, стоящим у кресла, находились анальгетики. И Кира, пока Демид наливал воды, достала пластину.

– Что за таблетки? – Демид явно был недоволен увиденным.

– У меня мигрень. Я часто пью обезволивающее.