– И как же я на тебя реагирую, Демид? Наши первые встречи были обусловлены моим шоком. Это ты знал, кто я, и сознательно шел на контакт. А что я? Увидела тебя, ошалела. Знаешь, – она так же, как и он, скрестила руки груди, используя методы нейролингвистического программирования, чтобы он не думал, что она ничего не понимает в происходящем. – А ведь ты хорош. Очень даже. Красив, сексуален. Но… – она сделала паузу. – В нашем случае это идет в минус тебе.

– Даже так.

– Да. Ты слишком самоуверен, Сакронский. Прешь напролом. И в этом для меня в отношении тебя большой минус.

– Ты говоришь прямо загадками.

– Разве?

– Да, Аристократочка.

Кира не без удовольствия заметила, как тот начинает злиться. И на этот раз ей пришлось по душе, что она своими словами выбила его из равновесия.

– Ты мог бы меня очаровать, – продолжила она с легкой улыбкой. – Да-да. Покорить. Разве не так, Демид? Я же не зря сказала, что ты чертовски хорош. Уверена, тебе покорить девочку – раз плюнуть. Почему-то со мной ты выбрал другой путь. Прошлое, которое нас связывает, ненастоящее. Там у нас, видимо, были чувства. Тут они тоже есть, только окрашены в черный цвет. Если не кровавый. Я не удивлюсь, если ты подумывал о моем физическом устранении.

Сердце Киры пропустило удар, когда она увидела, как тьма колыхнулась в глазах Сакронского. То есть она не далека от истины? То есть… У девушки перехватило дыхание, но она быстро взяла себя в руки. С Демидом иначе нельзя – потопит, подогнет, растопчет.

– То есть ты мне предлагаешь за тобой поухаживать?

Он направился в её сторону. Кира заставила себя стоять на месте."

"– Нет. Я просто сделала предположения. Наше знакомство уже состоялось. Мне больше волнует наше прошлое.

Он подошёл к ней едва ли не вплотную, оставил между ними минимальное расстояние.

– А меня, напротив, волнует настоящее.

Демид говорил, глядя ей в лицо.

– Демид, ты решил-таки воспользоваться моей подсказкой?

Он усмехнулся, поднял руку и обхватил пальцами её скулы, фиксируя лицо.

– Мне не нужны подсказки, кроха. Тем более, от тебя. Если бы я всерьез ставил цель завалить тебя – завалил бы. И мне было бы начхать на нормы морали и прочую ересь. Но меня что-то держит. Не пойму, что. И меня это бесит.

– Возможно, нам стоит повременить с общением и…

– Нет.

Его «нет» прошлось по самому сердцу, вызывая в Кире самые противоречивые эмоции. Разумом она понимала, что ей стоит брать ноги в руки и бежать, бежать, куда глаза глядят. С другой – она не могла сдвинуться с места. Находиться рядом с Сакронским было величайшим искушением, что она когда-либо испытывала.

Он же… её. Такой родной. Такой до боли знакомый. Каждая черта, каждый жест.

И одновременно она его абсолютно не знала.

Та энергия, что исходила от него, сбивала с ног.