Я нащупал вену на правой руке убийцы, но вводить вещества не стал. Пришлось перейти к левой руке, поскольку вторая была сильно повреждена. Судя по сгоревшей коже и сломанным костям, удар молнии, выпущенной Ярославом Андреевичем, пришёлся как раз по правой половине тела.

Закончив с введением препаратов, я приступил к купированию других потенциально опасных для жизни осложнений.

— Павел Андреевич, вы ещё не закончили? — поинтересовался стражник. — Думаю, его нужно как можно скорее отнести на допрос, пока в нём ещё теплится жизнь.

— Согласен с этим мнением, — кивнул Ярослав Андреевич Громов.

— Мне бы не хотелось, чтобы этот человек задерживался в моих покоях. Его нужно передать главному дознавателю.

— Не беспоко-о-ойтесь! — послышался голос из входных дверей. До боли знакомый голос Аристарха Биркина. — Я уже здесь. Что у вас тут случилось? Столько шума, а драки нет!

— Драка уже закончилась, Аристарх Иванович, — произнёс Громов. — Сейчас Павел Андреевич…

— Павел Андреевич⁈ — вздрогнул Биркин. Видимо, меня он заметил только сейчас. — А вы что здесь делаете в столь поздний час?

— Я пытался вам объяснить, пока вы меня не перебили, — произнёс Громов.

— Павел Андреевич пытается спасти убийцу, чтобы он дожил до допроса. Злоумышленник покушался на мою жизнь, но также несколько минут назад он признался в том, что именно от его рук погибли старшие Булгаковы.

— В-вот как? — взволнованно спросил Биркин. — Тогда этот гад точно должен попасть ко мне в пыточную камеру! Павел Андреевич, давайте я вам помогу…

— Не стоит, — твёрдо сказал я. — Не сочтите за оскорбление, господа, но я хотел бы, чтобы вы какое-то время помолчали.

Мне нужно сосредоточиться. В противном случае для допроса, господин Биркин, вы нам уже не пригодитесь. Придётся искать некроманта.

После моего заявления в гостиной Громовых повисла тишина. В этот момент я наконец-то смог сконцентрироваться на работе сердца преступника.

Волокна его сердечной мышцы работали абсолютно разобщённо. Частота сердечных сокращений подлетела выше ста пятидесяти ударов.

Похоже, из-за электротравмы развилась фибрилляция предсердий.

Так называемая мерцательная аритмия. Причём довольно тяжёлая форма.

Если не восстановить ритм, на судорожный припадок будет уже плевать. Пациент умрёт от нестабильной гемодинамики."

"Жаль, что у меня нет с собой дефибриллятора. Вот сейчас он бы здорово пригодился. Ничего, придётся идти окольными путями.

Я ввёл в вену убийцы антиаритмический препарат. В этот момент мужчина дёрнулся, из-за чего я чуть не разорвал ему сосуд застрявшей иглой.

— Хватит… — сопротивлялся он.