Только когда на улице стало совсем темно, а голоса за окнами окончательно стихли, мы спохватились, что остались без ужина. Я, как никто другой знала, что ресторан уже закрылся — как никак, собственноручно распечатывала программки для гостей. Но Роберта это, конечно же, не остановило. Мы пробрались на кухню и собрав остатки еды после роскошного банкета, устроили импровизированный пикник в одной из беседок.
Ни один из нас не ориентировался в созвездиях и поэтому мы придумали свои собственные. Группу из четырех крупных звезд с россыпью крошечных звездочек посередине, мы назвали Кушнаревым. Я не стала уточнять, что значат эти совсем маленькие звезды, больше похожие на звездную пыль, но судя по веселью на лице Роберта, он меня прекрасно понял.
В ту ночь мы много целовались. Я чувствовала себя настолько счастливой и легкой, что сильно расстроилась, когда звезды на небе начали вытесняться солнцем. Я знаю, что если бы Роберт пригласил меня в свой номер уже тогда, то я бы пошла. Рядом с ним я находилась в каком-то трансе. Слушала его с открытым ртом, ловила каждый его взгляд и просто упивалась его вниманием.
Наверное, от этого мне вдвойне больного сейчас. Мало того, что он меня с трудом узнал, так и та картинка, что я пронесла в своей голове сквозь года, оказалась ложью. Он совсем не такой. Роберт был мягким, внимательным, нежным. Максим же циничный, расчетливый и грубый. Думаю, будет лучше, если в моей голове они так и останутся двумя разными людьми.
— Может, так и лучше? — словно прочитав мои мысли, вздыхает Юля. — Квартира останется за тобой. Новое место ты точно найдешь. У меня одногруппница в “Метрике” работает, она как раз недавно жаловалась на нехватку хороших спецов. Сама подумай — каково бы тебе было смотреть на него каждый день? А Малинка… может, со временем ей и расскажешь. Кстати, где она? Ты ее в бухгалтерии оставила?
— Да. Инна Степановка обещала не кормить ее конфетами, я ей сказала, что у нее живот болит.
Утром дочь пожаловалась на боль в животе и хоть умом я понимала, что скорее всего она просто не хочет идти в сад после вчерашнего выговора от воспитательницы, все равно пошла ей на встречу. За неимением бабушек в доступности, она часто приходит сюда. Борисыч, может и не в восторге, но он знает, что у меня нет выбора. Это лучше, чем брать отгулы каждый раз. Конечно, когда она по-настоящему болеет, мы остаемся дома, но в таких случаях, как сегодня, можно сделать и исключение. Тем более, я же намеревалась рассказать Максиму, что у него есть ребенок. И пусть я не собиралась вот так сразу ошарашивать Алину фразой “знакомься, это твой папочка”, познакомить их все же хотела.
— Все что ни делается, все к лучшему, — заключает подруга, когда мы покидаем курилку.
— Хочется в это верить, — задумчиво произношу.
