— Разрешите пригласить вас на танец, — снова прервал нас Стац. Будто мысли мои прочитал! — Окажите мне честь, леди Некрофф.
— С радостью! — выдохнула я, но потом виновато посмотрела на собеседницу. — Если леди Айтхед позволит, то с удовольствием.
— Конечно, позволю, — тепло рассмеялась женщина, чем окончательно разбила неприятные подозрения. — Не позволять молодым девушкам танцевать на балу слишком жестоко. Но я надеюсь, что вы ограничитесь одним танцем, моя дорогая Одэллия, поскольку жажду продолжить нашу беседу.
— Благодарю вас, миледи!
Я сделала книксен, как научила ведьма, и повернулась к Стацу, протягивая руку, и застыла соляным столбом. О, ужас! Я ведь совершенно не знаю, как здесь танцуют. Вдохновлённая возможностью выйти на новый уровень продаж кабачковых угощений, полностью погрузилась в свою презентацию и не обращала внимания на окружающих. А сейчас, глядя на кружащиеся пары, поняла, что так не смогу.
Но было уже поздно. Стац собственнически обхватил меня за талию, и у меня перед глазами поплыли розовые круги. Ах, какие у генерала длинные и сильные руки! А плечи-то какие широкие! И рост…
Стоп. Когда выдернула себя из дурмана, который спровоцировало очарование этого соблазнителя, оказалась уже посредине зала. Леденея от ужаса, вцепилась в руки Стаца и, глядя снизу вверх, в панике прошептала:
— Я не умею танцевать!
Улыбка его растаяла, брови приподнялись, и у меня ёкнуло в груди. Кажется, я разочаровала мужчину. Но замешательство генерала оказалось коротким, и он тихо рассмеялся, а потом, наклонившись, шепнул мне на ухо:
— Я с удовольствием всему вас научу.
И это «всему» выделил интонацией так многозначительно, что не осталось сомнений, что у Стаца на меня море планов.
— Шаг левой ногой вперёд, — указывал генерал. — Правую приставить. Шаг левой в сторону… Не напрягайтесь, миледи. Позвольте мне вести вас.
Мне безумно захотелось довериться и следовать за ним хоть на край света! Но я сдержалась, так как ощущала себя не грациозной леди, вальсирующей с прекрасным кавалером, а коровой на льду, поэтому старательно считала выученные шаги.
Пробурчала недовольно:
— Если расслаблюсь, то отдавлю вам ноги.
— А я не против, — жарко шепнул он."
"— Вы и так ранены, — возмутилась я. — Не хватало ещё превратить ваши сапоги в ласты!
— Не знаю, что такое ласты, — хитро прищурился он, — но мне очень нравится, что вы испытываете вину. Значит, меня ожидает награда за страдания. Верно?
Я не выдержала и рассмеялась. Совершенно невыносимый соблазнитель, в объятиях которого забываешь обо всём на свете. И, как ни странно, у меня вдруг стало получаться.
