— И хорошеете так же стремительно, смею заметить, — иронично продолжил Стац. — Особенно с этой… точки зрения.
— Может, прекратите издеваться и поможете? — холодно уточнила я.
— Зачем? — деланно удивился тот. — Меня всё устраивает. Вы не пытаетесь ни сбежать, ни обмануть меня, а я, наконец, смогу сделать это. За то, что снова попытались от меня ускользнуть… Вот!
Ощутив хлопок по мягкому месту, я на миг потеряла дар речи. Но, к счастью, немота прошла очень быстро, должно быть от возмущения, и я воскликнула:
— Что вы себе позволяете?
— А вы? — резко отозвался он. — Зачем помогаете преступнику.
Отпираться бесполезно, должно быть, Стац нас видел.
— Потому что Шуур не преступник, — ледяным тоном заявила я.
— Это не вам судить.
— И не вам! — запальчиво выкрикнула я.
— До каких пор вы будете защищать этого человека?
— Пока не перестанете относиться к нему с предубеждением.
— Я смотрю лишь на факты.
— И как вам? — Я саркастично фыркнула, представляя то, что открывалось сейчас его глазам. — Что вы видите? Я спрашиваю про себя.
— Миледи, — Стац тут же сменил тон, и в его вкрадчивом голосе проявились хриплые нотки. — Я вижу очаровательную леди с одной из прекрасных сторон…
— Вы видите филей в заборе! — жёстко оборвала его. — Остальное вы домыслили.
Наступила тишина. Через несколько томительных минут Стац неохотно признал:
— Возможно, вы правы.
Глава 45
Стац всё же помог мне выбраться, а затем отвёл к дому и проводил в правое крыло здания, открыв ключом дверь в тихое полупустое помещение."
"— Леди Кает была очень любезна и, услышав, что вам не по себе в присутствии мачехи, предложила отдохнуть в фортепианной комнате, — пояснил генерал в ответ на мой настороженный взгляд. — Как видите, здесь нет ничего пугающего, кроме этого инструмента. Надеюсь, вы не желаете музицировать?
— Желаю, — мстительно разбила его надежды. — И, кстати, совершенно не умею этого делать, так что готовьтесь к расплате.
— Всё ещё злитесь? — хитро прищурился он.
— А вы думали, что я вас так легко прощу? — изумилась я.
— Признаться, да, — он скользнул ко мне взглядом и, опираясь о стену, наклонился, шепнув на ухо: — Но если я ошибся, то позволю вам испортить этот вечер ужасной музыкой. Так что? Вам моё вопиюще непристойное поведение скорее понравилось или нет?
Глянув на него исподлобья, рыкнула:
— Отвернитесь.
— Зачем?
Когда я выгнула бровь, генерал развернулся на каблуках, а я, размахнувшись, отвесила ему шлепок такой силы, на какую только была способна. И, судя по тому, как Стац вытянулся в струнку, всё же пару болевых точек я задела. Плюс ещё одну, в голове, поскольку генералу Карающего меча и в страшном сне не могло привидеться, как его шлёпнет женщина.
— Вы же не злитесь? — елейным голоском поинтересовалась я.
