Поведайте-ка мне, как так случилось, что выпускница консерватории, бывшая участница оркестра – кстати, почему вы оттуда ушли? – ступила на преступную дорожку?
И на что отвечать в первую очередь? Разнервничавшись, Агата решила начать с простого.
– Мне пришлось уйти из оркестра по семейным обстоятельствам. Мы переехали в загородный дом, мужу и детям требовалось больше внимания, – тихо сказала она, сложив руки на коленях. – Я не успела бы и работать, и следить за хозяйством.
– Жаль слышать. Хорошо, ответ принят. А машину вы угнали тоже по семейным обстоятельствам?
Вроде он спрашивал мягким голосом, не давил, не корчил ужасные морды, как в детективных фильмах.
Она рассказала всё как было. Нет, конечно, не всё. Не сказала, что поехала домой, потому что Серп забрал её сыновей. Не сказала, что перед этим он обвинил её в измене, а после этого – выставил за порог как безродную дворнягу.
Но общую суть: торопилась домой, предложили подвезти, собирались надругаться – передала без утайки.
– К мужу-то успели? – хмыкнул оперуполномоченный Макаров.
– Да.
– Это радует. Агата Эдуардовна, вы поймите меня правильно, – мужчина сделал с явным наслаждением глоток, – я вам верю. Женщина вроде вас никогда бы не вступила в сделку с совестью без веской на то причины. Но и вы, в свою очередь, должны меня понять. Плевать на угнанную машину. Я бы даже закрыл глаза, если бы вы в пылу гнева прикончили этих двух недоумков. Тогда бы против вас действовали человеческие законы. Но вы открылись перед людьми и отпустили их. Такое нельзя оставлять без внимания.
Он склонил голову на сложенные в замок руки, как будто говоря: ну и что мы будем делать? Агата вздрогнула. Она ясно представила последствия своей случайной ошибки, и они ей не нравились.
– Какое наказание меня ждет?..
– Вопрос хороший. А вы бы сами какое выбрали? Чего вы заслуживаете, Агата Эдуардовна?
Он явно играл с ней, как играет опасный хищник с добычей. Ничем не показывая своего насмешливого отношения, но в каждом слове, в каждом взгляде оно угадывалось. Для него Агата была обыкновенной преступницей. Ну и пусть преступницей, которая попросту оступилась.
Макаров явно не из тех, кто жалеет несчастных, сирых и убогих. Он был не милосердным ангелом, что даст второй шанс и простит любой твой грех. Он был карателем. Безжалостным. Беспощадным. Возможно, справедливым, но Агате проще от этого не становилось.
Справедливость была не на её стороне.
– Я бы…
Она не знала ответа на этот вопрос, надолго замолчала, нервно закусив губу, и мужчина отмахнулся.
– Не переживайте вы так. С наказанием разберутся профессионалы.
