Но вместо этого в его руках появился автомат. Никто из прохожих не успел опомниться, как тишину вечерней улицы разорвал треск автоматной очереди. Лобовое стекло инкассаторской машины разлетелось. Водитель и инкассатор выпрыгнули из кабины, на ходу пытаясь вытащить замерзшими руками наганы из затвердевших на морозе кобур. И тут же из переулка выскочила черная легковушка. Защелкали пистолетные выстрелы, из машины выскочил человек и изрешетил автоматной очередью дверь инкассаторского фургона.

Буквально за минуту бандиты перекидали банковские брезентовые сумки с деньгами в легковую машину и скрылись. Прижавшись спинами к выстуженным стенам домов, несколько прохожих с ужасом смотрели на результат разбоя. Тихо ворча двигателем, стоял инкассаторский фургон с разбитым пулями лобовым стеклом и в щепки расстрелянной дверью будки. Из двери свешивалась рука мертвого инкассатора, и по пальцам на снег стекала кровь. Два других инкассатора лежали в неестественных позах по бокам от машины. И возле каждого снег напитывался кровью.

Со стороны проходного двора уже бежал постовой милиционер, крича прохожим, чтобы не подходили. Он останавливался возле одного тела, другого, приседая на корточки, щупая пульс и качая головой.

– Свидетели, свидетели, не расходиться! – крикнул постовой.

И почти сразу же в конце улицы показались милицейские машины. Несколько человек в форме и в гражданской одежде кинулись осматривать место происшествия, осторожно ступая ногами, чтобы не затоптать стреляные гильзы. Кто-то начал опрашивать свидетелей. Слышались взволнованные голоса:

– Да, да, один такой страшный, рожа такая с глазами навыкате и нос такой… хищный большой нос. А за рулем сидел мужчина… коренастый, голова у него не покрыта была. Волосы седые, я хорошо видела.

– А этот высокий в дверь стрелял, а потом мешки подавал…

Тела убитых инкассаторов перекладывали на носилки и ставили их в фургон милицейской машины. Когда дверь захлопнулась и машина тронулась, один из инкассаторов пошевелился и выругался.

– Закоченел совсем, пока лежал, трясется все внутри. Слышь, браток, у тебя фляжки нет при себе с чем-нибудь тепленьким?

– Есть, товарищ лейтенант, – усмехнулся милиционер, сидевший на лавке. – Начальство с пониманием. Позаботилось о вас."

"В тот же день на стендах объявлений возле отделений милиции снова появились рисованные со слов очевидцев портреты бандитов, которые ограбили сберегательную кассу, убили на Пролетарской улице инкассаторов и похитили деньги из их машины.

Капитан Мороз проснулся и с трудом разлепил глаза. Голова гудела, ломило в висках. Тошнота, противный привкус во рту.