То ли Скугга засчитала мою попытку спасти товарища, то ли прошло немного времени и часть промысла восстановилась сама собой. В общем, я не почувствовал каких-то особых неудобств.

Новоиспеченные рубежники после внезапного бегства крона очухались сами. Я лишь дополнительно ускорил их добрым словом и пинками. Ладно, ничего доброго в моих словах не было.

Зато через половину минуты мы уже бежали вверх по каменистому склону.

— Никого ждать не буду! — орал я, даже не оборачиваясь. — И спасать тоже. Если отстанете, то отправитесь на прокорм тварям крона!

И рубежники верили. И рубежники бежали. Так быстро, как было вообще возможно в этом мире. Думаю, если бы существовала дисциплина по взбиранию на гору, мы бы побили все мировые рекорды. Ничто так не мотивирует, как желание сохранить свою никчемную жизнь. Правда, в подобные моменты кажется, что не такая уж она и никчемная.

Это был не банальный марш-бросок. Мы действительно двигались с предельным ускорением, не задумываясь о том, что можем просто рухнуть, как загнанные в галопе лошади.

И конечно же, это произошло. Как ни странно, первым упал я. Технически мы вместе с Анафаларом. А спустя полторы минуты подоспели и стражники. Они пусть держались на ногах, упираясь руками в колени, но не могли разогнуться.

Под нами расстилалась вся долина. Ныне безлюдная, действительно мертвая. А где-то там, нескончаемо далеко, угадывались поверженные твари.

— Две минуты отдыха, — сказал я.

Произнес я это не сразу, то и дело пытаясь отдышаться. Да и ляпнул так, для проформы. У меня не было часов, чтобы сделать отсечку по времени. Но небольшой отдых действительно нужен. К тому же, у меня остались вопросы.

— Юния, он вернется? — спросил я.

— Вернется, — ответила не Лихо, а ее бледная тень. — Только я не знаю, когда, сс… На крона долго никто из наших не воздействовал и это, сс… хорошо.

— Что значит не воздействовал?

— Когда мы служили богам, то они, сс… использовали нас не только для устрашения и войны. Часто кроны просили нас ублажить их.

— Это не то, о чем я сейчас подумал?

— Ты слишком молодой, Матвей, поэтому только и думаешь, что сс… телом. Лихо работают с разумом. Заглядывают в такие потаенные уголки, о которых сам человек давно забыл, сс…

— И ты сделала его… счастливым?

— Мы называем это наполнением, сс… Как процесс убийства существа — поглощением.

— Так почему бы вам не применять наполнение ко всем существам? Тогда вас начнут боготворить.

— Ты очень молодой, сс… — повторила Юния. — Дорога разрушения всегда шире и просторнее, чем тропа созидания. Наполнение, как бы это сс… смешно не звучало, делает нас слабее. Тогда как опустошение дает силы."

"Я кивнул, понимая, о чем говорит Лихо. Нельзя быть хорошим, если за это мало того, что ничего не дают, а еще и бьют по голове.