Роскошный зал, который здорово напоминал ту потайную комнату, которую мы с Лиансом обнаружили в кабинете Уэйса Когмана.

Здесь теперь тоже была позолота, люстры и зеркала, роскошные бордовые драпировки, шелк и золото на стенах, массивная, вычурная мебель.

И здесь, точно так же, как и в той комнате, на возвышении стояла огромная кровать с резными столбиками. Она была укрыта толстым ярко-красным бархатным покрывалом, просто невозможным в своей роскошности.

За полупрозрачным балдахином виднелся чей-то силуэт.

Кто-то лежал на этой кровати.

— Сименс, это ты? — раздался слабый дребезжащий голос.

 — Ты привел девчонку? Скажи мне, что все готово… Я не могу больше ждать. Каждый миг ожидания тянется, как вечность. Как же я устал от этого дряхлого, уродливого тела… Я хочу ощутить в себе токи молодой, свежей жизни… Сименс, ты обещал, что долго ждать не придется, и обманул меня, паскудник! Ты где она? Где моя молодая королева?

Мы с Лиансом ошарашено переглянулись и он резко отрубил балдахин.

Там, в роскошной шелковой постели, на вышитых кремовых подушках лежал дряхлый старик.

Беззубый, жуткий, лысый, с желтой сморщенной кожей, покрытой пятнами.

Крючковатые пальцы были унизаны драгоценными перстнями. Он был такой старый, такой старый, что, казалось, вот-вот рассыплется в прах — его всего трясло и корежило.

Вот только, несмотря на это, желтые загнутые когти старика все равно выглядели зловеще.

Но еще более зловещими выглядели часы на серебряной цепочке, которые старик крепко сжимал в кулаке. На циферблате была явно видна гравировка — череп с глазами-рубинами.

— А вот и она… — старик вперил в меня запавшие красные глаза под безбровыми дугами и попытался поднять руку с часами.

 — Ты привел ее, Сименс… Король доволен тобой… За это я пожалую тебе титул и земли. Начинай пересыпать время, начинай, Сименс…

Мне стало так жутко, что я невольно прижалась к Лиансу.

Этот старик был страшнее всех монстров из даркологии, вместе взятых.

— Кто это? — прошептала я, почувствовав на своей талии сильную руку дракона и от этого ощутив себя спокойнее.

— Полагаю, что это… — Лианс повернулся к Ламонтуану. — Это король Ксилен.

— Что ж, ты всегда был весьма сообразителен, — ухмыльнулся Часовщик.

— Ксилен же умер!

— Вы подстроили его смерть? Причем король специально завещал трон недалекому и не особо популярному Тибальду, а не умному Аристарху? Специально, чтобы потом было легче его отнять. Потом, это когда Ксилен вернулся бы молодым…"

"— Так и было задумано, — важно кивнул Ламонтуан. — Когда Его Величество узнал о том, что могут часы, он сразу же принял решение, что он не собирается стареть. И хочет править вечно. Но постоянно молодеющий король вызвал бы у подданных вопросы.