Мне это сейчас просто необходимо.
Прохор
— Милый, намажешь меня кремом? — Снежана протянула тюбик и дернула лямки купальника, они натянулись и развязались, отлетели, оголяя идеально загоревшую спину.
Я усмехнулся, ещё раз провёл взглядом по изгибам стройного, молодого тела, взял крем, открыл крышку, выдавил на пальцы немного желтоватой субстанции и начал размазывать по бронзовой спине. Мягко массируя и кидая взгляды на круглую задницу, прикрытую лишь посередине полосочкой стрингов.
У Снежаны классное тело. В постели она вытворяет такие вещи, о которых даже я, мужик с опытом узнаю впервые.
И чего я так долго сопротивлялся разводу с Адой.
Сейчас у меня открылись неограниченные возможности. Я беру от жизни всё что хочу. Правда раньше я тоже вроде бы не был стеснён в выборе, да и секса с женой хватало, но сейчас, всё как-то по-другому. И мне это безумно нравится.
После развода я ещё долго не мог прийти в себя и наконец, осознать, что всё закончено. Нашей семьи больше нет. Ещё ходил, ещё звонил, посылал цветы, подарки, пытался уговорить Аду начать всё сначала.
Ну, оступился, ну с кем не бывает.
И главное я готов был не смотреть на тёлок, что без конца снуют перед глазами. Я готов был закрывать глаза. Реально.
Но Ада была непреклонна.
Считаю, что сделал достаточно для того, чтобы реабилитироваться. Только меня уже никто не хотел слушать.
Я долго не мог осознать, что разрушение нашего брака напрямую связано с обычным застёгиванием брюк. Смешно. Но это так. Вот если бы Ада зашла на пять минут раньше, вот тогда причина была бы на поверхности, и было бы за что страдать.
Но поймать меня за застёгиванием ширинки… нелепо и смешно.
Сейчас стараюсь об этом не думать и не вспоминать. Чтобы ещё раз не чувствовать себя идиотом.
Размазываю крем по упругой заднице Снежаны. Зазвонил телефон Данила. Чистой рукой я потянулся, взял, глянул на экран — Мама.
Нажимаю на кнопку.
— Да, привет, это я. Малой сейчас с группой, с инструктором, учится кататься на волнах.
— Привет, а ясно, ну, ладно потом перезвоню, — голос Ады, давно я его не слышал, уже забыл, какой он грудной и загадочно-низкий.
Родной голос, родного когда-то человека.
— Подожди. Как у тебя дела? — воспользовался моментом, когда ещё удастся.
Она мне не звонит, я ей тоже не звоню.
Думаю о ней иногда. Скучаю.
— Да всё хорошо, ладно мне некогда…
— Аделина, ты готова? — послышался из трубки мужской голос.
— Сейчас иду, — ответила кому-то моя жена… бывшая.
— Что? — я оторопел, глядя на смартфон.
— Это я не тебе, — ответила Ада, — сейчас иду, — сказала кому-то в сторону.
— В чём дело, кто там с тобой?! — я вдруг резко взвинтился, вскочил с шезлонга.
