Я отпускаю ее руку и встаю лицом к ее отцу.

— Мне показать тебе выход? — выгибаю я бровь, глядя на него.

Он расправляет плечи, хватает со спинки стула пиджак и галстук и уходит. Мой отец уходит вместе с ним.

Наклонившись, я целую ее в лоб.

— Я сейчас вернусь.

Пробежав по коридору, я подхожу к стойке медсестер и вижу, что они меня заметили.

Отец Блейк вздыхает.

— Раят, когда ты станешь отцом, ты поймешь.

Я делаю шаг к нему, стукнувшись грудью о его грудь.

— Ты должен понять, что в следующий раз, встретившись с тобой в центре Далласа в два часа ночи, я тебя на хрен вырублю.

— Раят, — шипит мой отец.

Как будто мне есть дело до того, что он хочет сказать. А мне похрен. Он все это время знал, почему мистер Андерсон хотел, чтобы я выбрал его дочь. Мой отец никогда в этом не сомневался. Он даже позвонил мне после церемонии, чтобы убедиться, что это Блейк. Когда в Нью-Йорке он спросил меня, сколько я готов за нее предложить… и я готов поставить свою жизнь на то, что именно поэтому он не заставил меня жениться на Синди. Это был их план.

Я сжимаю руки в кулаки, и подумываю сделать это прямо сейчас. Какого хрена ждать Бог знает сколько? Но тут я замечаю за стойкой медсестер мисс Выбеленную Блонди с прижатым к уху телефоном и широко распахнутыми глазами. Наверное, она уже набрала номер службы безопасности. Эта сучка таращится на меня с тех пор, как пару дней назад я сломал торговый автомат. Поэтому я пока отхожу в сторону.

— Я хочу, чтобы этих мужчин исключили из списка посетителей комнаты моей жены. Они больше не допускаются.

— Раят, — рычит ее отец. — Ты не можешь не пускать меня к ней.

— Смотри, — затем я разворачиваюсь и иду обратно в ее комнату.

Войдя, я застаю ее лежащей на боку в позе эмбриона. Она лежит спиной ко мне и плачет. Я выключаю основной свет и подхожу к ее кровати. Затем забираюсь к ней, Блейк разворачивается, прижимается ко мне и плачет еще сильнее.

— Шшш, — я пытаюсь успокоить Блейк, поглаживая по спине. Я знаю, что, если она будет слишком сильно плакать, у нее снова разболится голова.

БЛЕЙКЛИ

Входя в коттедж, чувствуешь себя… по-другому. С потолка свисают черные шторы, закрывающие все панорамные окна с видом на лес. Это делает помещение более мрачным. Напоминает мне «Блэкаут».

— Когда ты их повесил? — спрашиваю я.

Раят ставит на журнальный столик сумку, которую Сара принесла для меня в больницу.

— Я попросил это сделать Ганнера и Прикетта, пока мы были в клубе.

— Зачем?

— Потому что я подумал, что где-то здесь может ошиваться Мэтт, и не хотел, чтобы он видел, что происходит в доме.

Я киваю в знак понимания.

Вздохнув, Раят подходит ко мне и целует меня в голову.

— Шторы не будут здесь вечно, — обещает он, как будто может знать, что я их ненавижу.