Я должна была уехать и привести себя после родов в порядок, а после вернуться и занять Динара разводом, пока отец будет налаживать бизнес, которому мой муж почему-то пытается вставлять палки в колеса.

Я знаю, что нужна отцу, поэтому рискую выставить свои требования. Если мне нужно часто видеться с Динаром и трепать ему нервы во время развода, то у меня должна быть спокойная стабильная обстановка дома, а это невозможно, пока я нахожусь здесь.

— Завтра в три у тебя назначена встреча с Динаром, — ошарашивает новостью.

— Он знает, что я вернулась? — спрашиваю, чувствуя, как в горле нарастает ком.

— Нет. Сделаешь ему сюрприз, придя в ресторан вместо меня.

Глава 5

— Мама! — Давид дергает меня за подол платья, теряя терпение.

— Что такое?

— Я хочу на улицу, а она говорит, что нельзя.

Она — это у него няня Елена. По имени он ее называть отказывается, да и в принципе контактировать не сильно горит желанием, а у меня через два часа встреча. Та самая, при мысли о которой внутри все от страха сжимается. Не знаю, чего я больше боюсь. Реакции Динара на мое появление, на мою просьбу дать мне развод или… увидеть равнодушие.

Готовлю себя даже к такому исходу событий.

С одной стороны, Давид говорил, что Динар нас ищет, с другой… Меня не было почти год. Это большой срок, чтобы… забыть. Чувства могут угаснуть. Впрочем… чувства были только у меня, и они, к сожалению, продолжают гореть, хоть пусть и не с такой силой, как прежде. Приправленные горечью предательства, но не выгоревшие в пепел.

Я боюсь равнодушия не столько из-за себя, сколько из-за дочери. Она — маленькая копия отца, как и Матвей. У нее, несмотря на то что она не видела ни разу родного отца, его повадки. Когда она улыбается, уголки ее губ точно так же приподнимаются, а нос смешно морщится, как и у Динара.

И это лишь капля в море. Если посадить рядом с Динаром Надю, то не останется ни малейших сомнений, что она — его дочь. Не представляю, как переживу, если он не захочет на нее даже посмотреть.

И представить боюсь, что буду делать, если захочет. Как его остановить? Как ему запретить? А я пока что не готова показывать дочь, не готова делиться ее любовью с Динаром. В том, что она его полюбит, даже не сомневаюсь, ведь иначе и быть не может.

— Мам… мы пойдем? — снова Давид настойчиво тянет за рукав.

Он, в отличие от Матвея, общий язык с няней найти не в состоянии. У нее свое видение обязанностей няни, но мои дети привыкли совершенно к другому. Они хотят живого человеческого контакта, разговоров по душам, смеха и эмоций, а Елена на их проявление скупа.

— Пойдем.

Поднимаюсь, выхожу с сыном из комнаты, прихватив с собой Надю.

— Ясмин, вы куда? — Елена удивленно на меня смотрит, когда зову с собой Давида из детской.

— Гулять на улицу.

— Но вам разве…

Под моим взглядом резко затыкается.