Ошалевшим взглядом уставилась на нежданного свидетеля их разговора и прошептала лишь одну фразу внезапно севшим голосом:
— Папочка?
Глава 5
Мгновение спустя, когда оторопь отпустила, не обращая никакого внимания на серьезный вид отца и не менее грозный вопрос, Соня бросилась к родителю на шею. Всхлипывая, вжимала в него свое трясущееся тельце и осыпала щетинистые щеки влажными поцелуями.
Столь ранимая и беззащитная.
Подобное зрелище отзывалось в душе тупой болью. Страхом за близкого человека. Лиза поспешила отогнать от себя тяжелые мысли. Не время предаваться унынию. Только не сейчас. Протянула руки Гордееву, призывая на помощь. Друг рывком поставил ее на ноги и, притянув к себе, шепнул на ухо:
— Они с Лехой решили держать все в тайне вплоть до его возвращения.
Кивнула, подтверждая, что также станет молчать.
Не вопрос!
— Папочка! — приговаривала Соня точно заведенная. — Слава Богу! Живой. Как же мы с мамой волновались…
— Принцесса…
— Я так рада, что ноги отнимаются! Странно, правда?
— Только ноги? Как мне показалось, мозг тоже!
— Папа! — возмущенно воскликнула Алмазова, уперев руки в бока. — Хоть представляешь, что с нами было? Ты уехал к другу в другой город… и исчез! Мы себе места не находили. Я чуть условия Зарутского не приняла! Да если бы не Дмитрий…
Алмазов торопливо чмокнул дочку в лоб и буквально оторвал от себя:
— Полно тебе, моя хорошая. Что со мной станется-то? Рано еще отца со счетов списывать!
— Извини, — подруга стерла с лица соленую влагу, явно стесняясь столь бурного проявления эмоций. — Ты здесь. Рядом. Теперь все будет хорошо.
— Соня?
— Ты у меня самый лучший, — тараторила девушка, словно от столь пафосных речей зависела ее жизнь. Хотя в каком-то смысле все именно так и было. — Смелый и сильный.
— Зубы мне не заговаривай! — строго осадил Алмазов. — Я прекрасно слышал вашу милую беседу.
Соня поникла. Поняла, видимо, что отца обвести вокруг пальца не выйдет. На выручку пришел Гордеев, перетягивая внимание на себя."
"— Петр Петрович, какая приятная встреча!
— Здравствуй, Андрей, — пожал протянутую руку. — Как ты? Как брат?
— Брат весь в делах. А я, как всегда, предоставлен сам себе.
— Обида в твоем голосе, или послышалось?
Поразительная проницательность. Друг натянуто улыбнулся, но не нашелся с ответом. А вот в планы Петра молчание не входило:
— Послушай-ка, парень, Алексей не подарок. Знаю. Однако больших высот в своей жизни достиг. И не сложил лапки – карабкается все выше. Дальше. Вперед. Ты должен им гордиться. Он, как никто другой, достоин уважения. Особенно твоего! Ты – его плоть и кровь!
Лиза едва со смеха не закатилась при взгляде на подругу. Вот уж кто и уважал, и гордился, и сиял пуще начищенного самовара!
— Знаю, — согласился молодой человек. — Вы правы.
