Я не привык делиться, так что прекращаем дискуссию. Михаил Борисович, вы же не будете против, если я отвезу вместо вас Алису?

Я спокойно ждала ответа друга, точно зная, что он не подведёт.

– Не против, но хотелось бы, чтобы Алиса не задержалась по дороге. Эта неделя была, правда, очень напряжённая, мы устали.

Не верила своим ушам. Может, мне померещилось, или это ответил не Аксёнов. Медленно с недоумением и огромным вопросом «За что?» в моих глазах повернулась к мужчине.

Миша стоял в паре метров от меня. Его лицо и поза свидетельствовали о серьёзности и сдержанности.

– Хорошо, я не задержу её. Не волнуйтесь,– легко согласился Савельев. – Идём, Алиса.

Мужчина двинулся в сторону черного кроссовера BMW , припаркованного неподалёку. Деваться мне особо было некуда, так как мальчики всё решили между собой, не спросив моего мнения. Я могла исполнить третий вариант сценария этого шоу, психануть и гордо уйти, кинув обоих, но были свои «но». Во-первых, это уж совсем детская выходка, а если учесть мой сольный концерт посреди офисного коридора, так мне пора слюнявчик повязать и пустышкой рот заткнуть. Во-вторых, Роман Николаевич – это тёмная лошадка, точнее, жеребец, как показали обстоятельства. Неизвестно, не прикажет ли он догнать меня и насильно усадить в его машину.

– Вернусь из командировки, предатель, и всё тебе припомню, – тихо высказалась я, проходя мимо Миши.

– Так надо, Алиса, – ответили мне, но я молча с гордо выпрямленной спиной ушла.

Мы оба знали, что потом я остыну и всё пойму. Сейчас же меня буквально потряхивало от мужского самодурства.

Бурля, как горячий гейзер, я уселась в салон автомобиля. Даже любезно открытую Романом и придержанную им для меня дверцу приняла как должное, не сказав положенного «спасибо». Мужчина спокойно захлопнул пассажирскую дверцу, неспешно обошёл машину и сел за руль. Двигатель завёлся практически бесшумно, словно тоже боялся напряжённого молчания, которое, казалось, можно рукой потрогать. Всегда думала, что это выражение сплошная метафора.

– Алис, расслабься ты! Такое чувство, будто я тебя насиловать собираюсь, а ты девственница, которая меня едва выносит.

– С последним утверждением могу согласиться!

Грубо, но зато почти честно. Мне близкое расположение этого мужчины, да ещё и наедине, давалось крайне сложно. Мысли периодически разбегались, явно пытаясь сбить меня с пути истинного.

– И вообще, это не напряжение, чтобы просто взять и расслабиться. Это ярость! – решила продолжить дискуссию сама, раз мужчина молча крутит баранкой, выруливая со стоянки. – Ярость от местного самоуправства. Что-то никто не поинтересовался моим мнением, моим желанием. Нашли, блин, куклу! Куда хочу – туда верчу!

Вот! Хоть одному высказалась! Даже малость полегчало.