— Ты какой-то не такой…
— Не оправдал ожиданий? — Язвительная ухмылка исказила его лицо и болезненно отпечаталась на сердце Симоны.
— Зачем ты так говоришь? — с надрывом спросила она и, шумно втянув носом воздух, посмотрела на потолок, чтобы сдержать навернувшиеся слезы.
— Прости, — тихо прошептал Илья и отвернулся, сжав кулаки что было сил. Намеренно причинял боль, чтобы Симона ушла и забыла о нем. Все решил для себя и не хотел ее мучить. Слишком сильно любил, чтобы заставлять страдать рядом с собой каждый день. Понимал, что она достойна лучшего, а он ничего не мог ей предложить.
Дверь палаты открылась, заставив обоих обернуться. В палату вошел Стас и остановился, переводя взгляд с одного на другого.
— Вам, наверное, надо поговорить… не буду мешать. — Симона поднялась и вышла в коридор.
Слезы обиды задрожали на ресницах, а к горлу подступил горький ком отчаяния. Ей срочно надо было на воздух, освежить мысли и прояснить голову, иначе она рисковала сойти с ума.
***
Илья проводил Симону хмурым взглядом и, тяжело вздохнув, посмотрел на Стаса.
— Дарова, братух.
Тот приветливо ухмыльнулся и протянул ладонь.
— И тебе не хворать.
Илья пожал протянутую руку и жестом предложил товарищу присесть.
— Как ты тут? — Стас мельком осмотрелся и присел на стул.
— Как видишь… — Илья отстраненно пожал плечами, рад был встрече с другом, но сконцентрироваться на разговоре было сложно, мысли упорно возвращались к Симоне.
— Хорош, может, бока отлеживать? — Ехидный голос Стаса ворвался в его мысли. — Работать некому.
— Ниче-ниче, — непроизвольно улыбнулся Илья. — Побольше побегаете — здоровее будете. Как там в отделе?
— Да никак. — Стас раздраженно закатил глаза. — Ямпольская лютует, достала, сил нет.
— Из-за меня?
— В том числе… минус два опера… висяков тьма…
— Нашли? — Илья многозначительно посмотрел на него, имея в виду смерть Антона.
— Обижаешь, — самодовольно протянул Стас, поняв его с полуслова. — Ладно хоть ты умудрился трупаков не наоставлять.
— А Юдин? — Он невольно напрягся. Последнее, что помнил, — как пуля влетела в его голову, разнося мозги в разные стороны. Неужели этот урод смог выжить?
— А это самооборона, — назидательно уточнил Стас, решив не делиться с другом ненужной информацией о том, каких трудов ему стоило отмазать его от серьезной статьи.
