Парень оглянулся, зло сплюнул и, уже не таясь, помчался к выходу соседнего подъезда. Гуров побежал за ним, одновременно высматривая Крячко и лейтенанта. Либо выходы на технический этаж в соседних подъездах оказались закрыты, либо что-то другое задержало их, но ни Крячко, ни лейтенант до сих пор не появились. Захар подергал люк соседнего подъезда и бросился к следующему.
– Стой, Дербенев, стрелять буду! – снова крикнул Лев.
– Пошел ты! – визгливо прокричал Захар.
Он добрался до люка последнего подъезда, но и тот оказался заперт. Тогда парень рванул к краю крыши.
– Не дури, Захар! Все еще можно исправить. Сдавайся, дед сумеет облегчить твою участь.
– Я в тюрьму не пойду! – выкрикнул Захар."
"– Об этом нужно было думать раньше. До того, как ты убил человека.
– Да какой это был человек? Или до сих пор не знаете, как он к людям относился? Деда моего за человека не считал. Только пользовался им. – Голос Захара сорвался. – Послушайте, дайте мне уйти. Обещаю, больше никто не пострадает. Вы обо мне никогда больше не услышите.
– Не могу, – честно ответил Гуров. – Ты совершил преступление и должен понести наказание, но явку с повинной я тебе обещаю.
– Плевал я на вашу явку! Я нисколько не жалею, что кокнул этого урода, – выкрикнул Захар и схватился за кабель.
– Стой, дурень, ты же разобьешься! – рванул вперед Лев.
Захар перекинул ручки спортивной сумки через кабель, крепко ухватился за концы, поднялся на кирпичное ограждение крыши и спрыгнул вниз. Он рассчитывал на то, что по инерции его тело понесется вперед, пересекая расстояние между домами, но так случается только в фильмах. Вместо этого кабель натянулся, и тут же один его край оторвался от крепежа. Захар вскрикнул от страха. Одной рукой он успел схватиться за кабель.
В этот момент подбежал Гуров. Чтобы дотянуться до руки парня, ему пришлось свеситься с крыши. Ухватив за рукав, он потянул Захара вверх. Тот начал сопротивляться, пытаясь высвободиться из рук полковника.
– Кончай геройствовать! Убить себя захотел? – разозлился Лев.





