– Но, Меган, готовить, убирать, рожать и воспитывать детей должна каждая женщина!
– Ах, папа! – Вздохнув, Мег села рядом с отцом и взяла его сухие и тонкие руки. – Прошу понять меня. Я не похожа на других девушек. Я люблю независимость. Люблю хозяйничать на нашей лесопилке. Но Питера Фарнзворта я не люблю.
– Это и не страшно. Люди женятся каждый день, совсем не любя друг друга. И лишь немного спустя к ним приходят чувства.
Мег закрыла глаза и попыталась успокоиться. «Не сердись. Это ни к чему хорошему не приведет», – сказала она себе.
– Папа, я хочу, чтобы ты выслушал меня.
Фредерик посмотрел на свою любимую дочь. Она была необыкновенно красива, стройна и изящна, с блестящими на свету темными волосами и мягким взглядом карих глаз. Точно такая же, как и ее мать – обаятельная и жизнерадостная женщина, которую он любил так страстно и ради счастья которой отдал всю свою жизнь.
Он ненавидел себя за то, что переложил свое бремя на плечи Мег, за то, что обменял дочь, как меняют лучших скакунов на ипподроме.
Ко всему прочему, успокаивал он себя, несмотря на возражения дочери, ей будет только лучше, если она выйдет за Питера Фарнзворта. Фредерику оставалось жить несколько месяцев, и после того, как он простится с этим миром, Мег останется одна, без всяких средств к существованию. Подписанный контракт облегчал страдания старика, и, как бы ни было очевидно отвращение Меган к Фарнзворту-младшему, он не сомневался, что это чувство пройдет вскоре после их свадьбы.
– Меган, – устало произнес он, – контракт уже подписан, и, даже вопреки твоему желанию, ты должна выйти замуж за Питера. Прости, если это тебе причиняет боль, но другого выхода нет.
Меган выпустила руку отца и беспомощно стала ходить по комнате.
– Мне уже двадцать один. Без моего согласия ты не можешь выдать меня замуж.
Фредерик посмотрел на свой нетронутый завтрак и пробормотал:
– Однако это не контракт о твоей помолвке. Мег повернулась и недоверчиво бросила взгляд на отца.
– Тогда о чем ты говоришь? Что же это за контракт?
– Это деловое соглашение."
"– Деловое? Какие у тебя дела с Питером Фарнзвортом?
– С ним – никаких. Соглашение подписано с его отцом.
Мег быстрым шагом обогнула край стола из красного дерева и вновь села.
– Папа, хватит загадок. Я хочу знать, что все это значит.
Настал тот тяжелый момент, когда Фредерик должен был раскрыть свою страшную тайну, столь позорную, что даже его любимая жена так и не узнала о ней.









