Журналистов не пускали близко, но кое-что можно было разглядеть: покорёженные стены, закоптевшие колонны, разрушенную и обвалившуюся крышу, стекло, которое сверкало под лучами солнца.

А дальше…

Кажется, там был мелкий. Он подскочил ко мне и тряс за плечи, пытаясь достучаться. Но больно не было. Я вообще ничего не чувствовала. Лишь холод у сердца, он сковал все мысли и чувства.

— Мам! У неё шок. Мам!

Мне подсовывали к лицу стакан с водой, пихали таблетки, но я отказалась.

Не хочу, не могу.

Слёз не было.

— Он жив, — сообщила я, поднимаясь. — Он жив, я точно знаю.

— Карин.

Это мама. Она смотрит на меня так сочувствующе, что хочется кричать.

Но я сдержалась, сжав кулаки.

Жив. Я знала, чувствовала, верила. Этот демон не мог так бездарно погибнуть. Не мог.

Звонок мобильного, за который я схватилась, как за спасательный круг.

— Да? — выдохнула в трубку, отворачиваясь.

— Карина? Карина, это ты? — пропищал знакомый голос.

Разочарование…

— Да. Здравствуй, Ульяна, — ответила я сирене, потирая виски.

Всхлип.

— Я… я видела репортаж. Испугалась за тебя… А Грин рядом?

— Нет. А что случилось?

— Мне нужна помощь. Я… у меня неприятности, — снова всхлип. — Серьёзные. А я… я не могу его вызвать… Он что, был там? Грин был в том доме?

— С чего ты взяла?

— Этот обряд. Ну ты помнишь. Он всегда вызывает демона. Всегда…. Если тот жив. А Грин… он сейчас не отвечает… и свечка потухла… он мёртв, да? Карин, он мёртв?

Сирена зарыдала еще громче.

— Жив! — процедила я. — Он жив!

И отключила телефон, бросив его на диван.

Меня трясло.

— Карин!

Ко мне подскочил Родион и пытался снова усадить, но я отмахнулась. Побежала в коридор, хватая сумочку. Брат за мной. Мамы нет — наверное, вышла за лекарством или отцу позвонить.

— Ты куда?

— В город.

— Грин сказал не выходить.

— Грин там… под этими чёртовыми завалами! И ты думаешь, я останусь в стороне?

— Ты ничего не сможешь сделать.

— Ошибаешься. Смогу!

— Карина! Я тебя не пущу!

Отшвырнуть его было легко. Сила давно просилась на свободу и быстро отозвалась.

— Прости, — прошептала я и поспешила на улицу, игнорируя крики мамы, которая выбежала в коридор.

Быстрее, быстрее.

На воздух. Здесь так трудно дышать.

Я выскочила за калитку и поспешила вверх к автобусной остановке. Прошла буквально десять шагов, когда меня внезапно окликнули.

Замерла, прижимая сумочку к груди, и медленно обернулась.

Он стоял рядом. Нас разделяли лишь полтора метра.

— Здравствуй, Карина.

Глава двадцать третья. Карты на стол

А ведь я, глупая, до последнего отказывалась верить, что Коваль замешан в этих неприятностях. Ну что ж, еще один щелчок мне по носу и балл в карму Грина, который вновь оказался прав.

Я, конечно, наивная барышня, но не до такой степени, чтобы поверить, что этот демон оказался тут случайно.