Не видя ничего вокруг ослепшими от слез глазами, ощупью прошла по длинному коридору и опомнилась только у выхода, возле грязной железной клетки, где, будто животные в зоопарке, томились задержанные неопрятные подростки. Подчиняясь слепому порыву, Людмила Евгеньевна принялась высматривать среди них своего Сережу. Но сына, ее несчастного сына, в этой ужасной клетке не было.
Внезапно один из бритоголовых парней, с серьгой в левом ухе и расписанной яркими красками физиономией, просунув сквозь решетку хваткую растопыренную пятерню, глумливо оскалился:
— Эй, мамаша, дай сигаретку!
Людмила Евгеньевна испуганно отпрянула и поспешила выйти на улицу.
Пройдя несколько кварталов, она почувствовала, как в груди у нее неотвратимо закипает возмущение. Что происходит? Зачем над ней издеваются? Почему она должна все это терпеть?!
— Довольно, — замедлив шаг, прошептала Людмила Евгеньевна. — Довольно! — громко повторила она. — Я это так не оставлю!..
На нее начинали удивленно оглядываться. Но она, как прежде, ничего вокруг не замечая, неожиданно повернула к станции метро и ускорила шаг.
Довольно! Она больше не будет покорно ждать. Прямо сейчас она поедет на Петровку. Найдет там самого главного милицейского начальника и все ему скажет. Все. Она заставит «их» найти ее сына! Живого или…
Пречистенка
Дворянское собрание
Вечер
С тех пор как юная российская демократия вернула потомкам бывших аристократов их громкие титулы (так и не вернув поместья, заводы и т. д.), Константин Дмитриевич Меркулов, всю жизнь вынужденный скрывать истинное свое происхождение, почувствовал в себе, что называется, «голос крови» и невольно потянулся к своим.
Свои — это, Голицыны, Оболенские, Долгоруковы, — как и подобает избранным, собирались теперь в старинном дворянском особняке в центре Москвы, куда, впрочем, и посторонним вход был отнюдь не воспрещен, но лишь на правах наблюдателей. Устраивали различные мероприятия или просто коротали время в узком кругу близких по духу и, разумеется, крови людей, чудом переживших былое лихолетье. Порой здесь бывало очень весело. В лучших старорежимных традициях давались торжественные балы и вечера. Сюда наведывались родовитые гости из-за границы. Словом, атмосфера была теплая, почти семейная."
"Неудивительно, что Константин Дмитриевич с удовольствием проводил здесь свободное от работы время. За последние годы у него появилось немало новых знакомых и друзей, людей не только благородных, но и чрезвычайно интересных. Завязались полезные контакты.
В этот вечер после трудного и напряженного рабочего дня, насыщенного деловыми встречами и совещаниями, заместитель генерального прокурора приехал сюда просто отдохнуть, а попал на очередное заседание в честь какого-то литературного юбилея.
