К сожалению, всю правду он так и не раскрыл.
С нетерпением развернув газету, Трейси быстро просмотрела первые четыре полосы, которые занимала статья Хантера, но, как и при первом чтении, увидела, что о самом главном в статье умалчивалось. Ни разу не упоминалось об участии президента Хейверса в коррупционных схемах, ни даже намека на провалившуюся под Братиславой попытку вызволить Дрекселя из рук боевиков. Вместо этого состряпана фальшивая история, что Хантеру якобы удалось бежать во время перевода из одного лагеря «Группы-99» в другой. Но что еще хуже, он заявлял, что, находясь в бегах, работал вместе с ЦРУ, а также помог заманить лидера «Группы-99» Алексиса Аргироса, известного под кличкой Аполло, в западню.
Трейси покачала головой.
– Не хочется верить, что он продался.
– О, я бы не говорил так, – поспешил заверить ее Фрэнк.
– Даже не сомневаюсь, – кивнула Трейси. – Но кто-то же должен был сказать об этом вслух!
– Салли Файерс попыталась, – напомнил ей Фрэнк. – И посмотрите, что из этого вышло.
Трейси вернула ему газету, и они пошли дальше.
– Вы думаете, Салли – жертва американцев? – спросила Трейси.
Фрэнк покачал головой.
– Нет. Мы практически уверены, что киллера к ней в Брюгге направил Крю. И к Элен тоже. Видите ли, Дрексель доверился обеим.
– Кейт в статье вообще не упоминается, – заметила Трейси. – И это после всего, через что мы прошли!
– Это Дрексель настоял, чтобы ее не впутывали, – впервые возмутился Дорриен. – В качестве компенсации за то, что он помалкивает насчет Братиславы и президента. Мы знаем, что он отдал ей свой выигрыш – больше миллиона долларов. Может, хотел, чтобы она начала где-нибудь новую жизнь.
– Скажите это вдове Боба Дейли, – с горечью произнесла Трейси. – Или родителям тех несчастных подростков из пансиона в Нейе.





