Хотя если вспомнить, что она, велев мне постеречь младенца, исчезла на некоторое время из поля зрения…
Подгоняемая этой мыслью, я понеслась в свою спальню, там, в шкафу, спрятана коробка с деньгами.
Я вбежала в комнату, распахнула гардероб, открыла заветную укладку и перевела дух. Все на месте, похоже, Галя и впрямь ходила выбрасывать памперс.
Ноги подогнулись в коленях, я рухнула на кровать около спящих Мули и Ады. Собаки, как я уже упоминала выше, в слякотную осеннюю погоду не реагируют на внешние раздражители. Никто из четвероногих не прервал сладкой дремы, услыхав звонок в дверь, а потом чужой голос.
Внезапно мне стало не по себе. Мулечка, мирно закрыв глаза, уютно свернулась калачиком на подушке, а вот Дюся! Рот Ады был приоткрыт, из него обильно текла пена, глаза почти вылезли из орбит, тело сотрясала судорога.
Предсказание цыганки начало сбываться с ужасающей быстротой. «Первой умрет собака, такая пучеглазая».
Глава 2
Я не слишком бойкая личность, мне свойственно теряться. Очень часто я совершаю ошибки и начисто лишена дара предвидения. Кто из вас хоть раз видел передачу «Поле чудес», тот знает, что иногда ведущий велит принести в студию две совершенно одинаковые шкатулки.
Но в минуту опасности у меня невесть откуда появляются абсолютно несвойственные мне качества: умение быстро и четко действовать, полное хладнокровие, наглость и даже агрессия.
Схватив Адюшу на руки, я, замотав ее в куртку, прямо в тапках и без верхней одежды вылетела на улицу.
– Стойте!
Тут же рядом с обочиной притормозила шикарная иномарка.
– Офигела совсем, дура, – начал было шофер, но я решительно распахнула дверь, плюхнулась на роскошное бело-голубое сиденье и велела:
– Живо, давай налево, направо, вперед и вновь налево. У меня собака умирает. Поехал!
По непонятной причине водитель повиновался. Я вмиг оказалась в клинике, где, не обращая внимания на сидевших в очереди людей, вломилась в кабинет, плюхнула перед доктором на стол Аду и заорала:
– Она умирает!
Надо отдать должное ветеринару.
Сидевшие у кабинета люди молча смотрели на меня. Потом женщина с облезлым котом робко поинтересовалась:
– Совсем плохо?
Я кивнула.
