Сладость для двух Альф

А я пытаюсь утихомирить взлетевший до небес пульс.

– Будешь возить Алину Васильевну утром из дома на работу и после окончания рабочего дня. Также, если буду вызывать сверхурочно. Туда и обратно.

– Да, Григорий, – рычащим голосом отвечает водитель, – можешь доверить ее мне.

– Отлично. Спасибо. Иди, – Шахов снова закуривает.

Когда Митяй скрывается за дверью, босс возвращает ко мне тёмный взгляд.

– Ну так, на чём мы остановились?

Глава 4

Алина– Слушайте, – выдавливаю из себя, – я не хочу… то есть… не думаю, что у нас с вами что-то получится.

Григорий Генрихович выгибает бровь.

– В плане сотрудничества! – выпаливаю, пока снова не потерялась в его безумной сексуальной ауре, – я не подхожу для ТАКОЙ работы!

– Какой «такой»? – спрашивает с улыбкой.

– Я не из таких девушек… в общем, не та, за кого вы меня приняли, – мои щеки горят от стыда, но отступать поздно.

Деньги – это отлично, но у меня есть гордость. Я не прыгну на первого попавшегося мужика, пусть и теку с него, как мартовская кошка.

– А за кого я тебя принял? – босс явно веселится.

Да он издевается, что ли? Говорит со мной, словно с несмышленым младенцем.

– Я не… содержанка, или эскортница, – только сейчас понимаю, как глупо это звучит в первый же рабочий день.

– А разве я говорил, что нам нужна шлюха? – серьезно спрашивает.

Его голос, словно стальная игла, впивается в мою самооценку. Сейчас он скажет, что я недостаточно красивая. Уж точно не как эта… блондинка, как ее, Агнесса?

Погодите-ка… нам? Кому это нам? Я нанималась к одному боссу!

– Тебе неприятно моё общество, Алина? – в его голосе промелькивает горечь.

– Нет, это не так, – не вижу смысла врать, – просто я ищу работу.

– Я оскорбил тебя? – серьезно спрашивает.

Отворачиваюсь. Не знаю, что ответить. Шахов ясно дал понять, что хочет познакомиться поближе. И я безумно завелась лишь от его присутствия рядом. Но я не хочу так.

– Нет. Но мне бы хотелось наши отношения оставить в рамках профессиональной этики, – эту заумную фразу я вчера прочитала в интернете.

– Как скажешь, – спокойно отвечает Шахов, – я к тебе больше не притронусь. Пока сама не попросишь.

И почему после этой фразы я ощущаю едкую горечь? Словно его слова мне обидны.

– Простите, Григорий Генрихович, – вот имя его мне очень нравится, – можно вопрос?

– Да?

– Вы сказали: нам не нужна… ну в общем… вам это кому? – искренне недоумеваю.

– Нам это нам, – он снова достает сигарету, – давай поговорим о твоих обязанностях, Алиночка.

Ох! Его низкий голос пронзает до самых костяшек. Под костюмом сразу становится жарко. Облизываю губы.

– Хорошо.