И потом, ему совсем не хотелось, чтобы Элиса и сын жили в суровых условиях горной долины.

Теперь о них должен был заботиться он, Ульвхедин. Ответственность за других… Непривычное чувство для одинокого волка.

Габриэлла, Никлас и Андреас долго обсуждали, не стоит ли им обратиться к судье с просьбой о прощении Ульвхедина по причине «врожденного заболевания». Может, ему дадут шанс.

Но пока решили подождать, посмотреть, как будут развиваться события.

Хоть судья и был их хорошим другом, им было как-то неловко обременять его такой просьбой. Пока об Ульвхедине решено было никому не говорить. Пройдет немного времени, и люди забудут каким он был страшным и опасным.

Ой, как обманчивы надежды! В любой момент о существовании Ульвхедина могли узнать, и тогда их спокойной жизни придет конец!

Так оно и случилось!

Жизнь Ульвхедина висела на волоске.

Он и сам знал об этом.

Думая об этом, он впадал в глубокое отчаяние.

Потерять самое дорогое в жизни — Элису, сына, семью, дом… Нет, он этого не перенесет.

И, тем не менее он знал, что обречен. Скольких человек он лишил жизни, находясь в затмении! Он называл свое состояние затмением, ведь тогда он был словно в тумане, у него не было чувства общности с людьми. Жизнь или смерть… Разницы он не видел.

Так разве странно, что за его голову назначили цену?

По крайней мере, не надо было бояться капитана Отчаянного. На очередном задании его задрал медведь. После смерти этого человека все забыли о нем, забыли и его гордое имя. Правда, теперь его солдаты стали зваться Отчаянными. Может быть, их потомки живы и по сей день. Но с гибелью капитана кончился его род.

Виллему и Доминику пора было возвращаться домой, в Швецию.

Но перед отъездом им необходимо было довести начатое до конца. Ведь именно они воспитали Ульвхедина из рода Людей Льда! И все это понимали.

Работа не должна была остановиться с их отъездом.

Но о том, что случилось дальше с Ульвхедином, здесь не расскажешь. Дальнейшая история его жизни должна быть обстоятельно описана в другой книге."