Тебе нечего бояться.

— Са… — начала она задыхаясь. — Са…

— Жив этот гадёныш, не беспокойся. Но если захочешь убить его, будучи в трезвом уме, я не стану возражать.

После этих слов, сказанных весьма громко, кто-то тоненько завизжал. Я не сразу понял, что звук издал сам адепт. Надеюсь он хотя бы не обмочил штаны?

Новая пауза, и… да, тут, наконец, очнулось руководство этой, с позволения сказать, академии. К нам пробился ректор и воскликнул испуганно:

— Господа, что происходит?

Я не выдержал. Повернул голову и прошипел:

— Это скорее вопрос к вам. Что происходит, уважаемый, — слово прозвучало как оскорбление, — ректор? Почему вы позволяете применять к своим адептам ментальные внушения? И почему не можете определить внушение, с которым ваша ученица живёт уже год?

Элия

Год. Внушение. Салис… Слова упали в пустоту и были подобны кусочкам мозаики. Крупицам головоломки, которые вдруг начали стремительно складываться в единый узор.

Я вспомнила всё! Свои провалы в памяти, то, как целовала тэс Малея, и как настойчиво лезла в чемодан за кинжалом…

Сведения, почерпнутые из учебников и на лекциях тоже вспомнила. И поняла. Я поняла, что со мной произошло!

Прямо у моих ног таяли жгуты магии, которая совсем недавно была точной копией потерявшего всякую совесть Малея. А сам Салис — живой! — напоминал сейчас поганку после дождя.

Стоял бледно-зелёный, помятый, скукоженный и какой-то склизкий. Его удерживал Шорэм, нас разделяло несколько шагов, и я рванулась вперёд, но Рэй удержал.

Мои пальцы скрючились и потянулись к глазам сокурсника. Желание выцарапать их было огромно!

— Ты воздействовал на меня магией! — взвыла я.

Рэйтран шепнул что-то успокаивающее, и в этот миг моя память выдала новую порцию мерзких воспоминаний. В них Малей утверждал, будто я полностью в его власти и приказывал полюбить.

Полюбить?!

Новый рывок, но дракон оказался сильней. Он удерживал и обнимал одновременно.

А меня разрывало на куски. Перед глазами гнилой картинкой стоял эпизод, как сама бросаюсь на шею к Салису и начинаю целовать его губы.

Это что же получается? Я соприкасалась ртом с этим… этим…

— Герцог Мортингерский тебя убьёт! — выпалила я.

Да, у меня был отец — родной, но не до такой степени. Луи-Майрар вряд ли взбесится, а вот отчим точно будет вне себя.

Вспомнив о герцоге, я вспомнила и про кинжал — родовое оружие, предназначенное для защиты, едва не сыграло со мной злую шутку. Зная уровень опасности этого неприметного оружия, я перестала вырываться и окинула взглядом пол.

Кинжал был здесь. Валялся прямо под ногами и, к счастью, никто пока не пытался его трогать.

— Мне нужно забрать… — начала я, но была перебита ректором.

— Леди тэр Линидас… — Старик был растерян и заметно заикался.