Скорее всего, эта доля была бы разделена между наследниками первой линии: сыном и дочерью покойного, – закончил Рольн.

– Значит, мотив у них все же был.

– Вероятно, но также возможно и другое: Дориан мог показать им текст завещания. Тогда убивать вас бессмысленно.

Я как раз допивала чашку кофе, когда в дверь постучали. Это оказался один из помощников, которому Рольн поручил узнать, что будут делать Людвиг и Тьянмира.

Как мне объяснили, возле нотариальной конторы все время крутились мальчишки, которых часто использовали, как курьеров. Одному такому помощник Рольна приказал проследить за детьми Дориана.

Действительно ли они пойдут подавать заявление, как обещали, или это пустые угрозы.

Оказалось, что змеища и ее братец зашли в полицейский участок, а один из детективов, работающих там, сказал, что дье Эвиль повели сразу к начальнику.

Что ж, значит, Тьянмира объявила войну. Теперь мой ход.

– Спасибо вам, господин Рольн, за замечательный кофе, за советы, что вы мне дали, за то, что встали на мою сторону, – поблагодарила я, встав из-за стола.

– Дориан просил помочь вам в том случае, если его дети что-то предпримут, чтобы оспорить завещание или отобрать наследство.

Я пообещал.

– От всей души благодарна за поддержку, вы от многого отказались ради того, чтобы помочь. Работа семейного нотариуса, полагаю, была очень престижной и хорошо оплачивалась.

Дье Эвиль богаты, владеют недвижимостью, большими лесными угодьями, заводами по производству мебели и магазинами по ее продаже. Кроме этого, у детей Дориана есть доли в судостроительстве, винном деле, производстве парфюмерии и некоторых лекарств. И это то, что я знаю. Вполне возможно, есть что-то еще.

Уверена, что дружить с Тьянмирой и Людвигом гораздо выгоднее, чем помогать мне.

Господин Рольн же, хоть и владеет нотариальной конторой, простолюдин. В этом мире общество классовое со всеми вытекающими проблемами. Лишаться таких сильных покровителей для него может быть просто опасно. Поэтому я действительно очень ему благодарна.

– На самом деле, я не совсем семейный нотариус. Точнее когда-то я, безусловно, им был. Мы долго работали вместе с Дорианом, и я визировал все или почти сделки. Но со временем надо было все больше ездить по стране, а я плохо переношу дорогу.

Потом Дориан стал постепенно перекладывать дела на сына. А тот часто привлекал других людей. Сейчас мы с ним совсем не сотрудничаем. Так что семейный нотариус это устаревший статус.

– И все же вы помогли и продолжаете мне помогать. Посоветовали адвоката, обещали привлечь независимых специалистов. Если они сделают экспертизу, нам удастся убедить присяжных в моей невиновности.

– Если их подкупят, сомневаюсь. Это вероятный сценарий. Кого из присяжных не подкупят, могут запугать.