В глазах у него такой жар и желание, что мне тоже становится жарко. Кажется, будто он сейчас умрёт, если не получит желаемое.

— А я тебе обязательно отомщу, когда чуть оклемаюсь.

Кажется, мои щёки краснеют, потому что я чувствую, как их охватывает огонь, потому что я понимаю, о чём он.

— Эй, — спохватывается, заключив в ладони мои руки, — прости, Конфета. Я почему-то не подумал, что для тебя это может быть неприемлемо.

— Нет, я просто…

Не знаю, как выразить даже. Несмотря на откровенность нашего секса в эти дни, я, надо признать, в большей степени получала, чем отдавала.

Училась ласкать его, касалась руками члена, приходя в особое волнение, скорее даже смущение. Задумывалась об ответных оральных ласках, но в силу своей неопытности стеснялась. Не знала, как к этому перейти, как сделать так, чтобы ему понравилось. А хотелось. Собиралась изучить видео на данную тему, но ещё не успела. Мы ведь эти несколько дней не отрывались друг от друга. А потом случился этот кошмар.

— Забудь, — отмахивается. — Потом как-нибудь вернёмся к этой теме, — подмигивает. — А теперь иди ко мне.

Неугомонный.

— Стой, — упираюсь в грудь ладонью, когда уже привлекает меня к себе. — Я хочу.

Может, он бы и снова стал успокаивать, что это необязательно, но видно, что ему очень хочется, и Егор сглатывает и замолкает. И меня саму очень возбуждает этот горящий взгляд. Интересно, девушки тоже получают удовольствие от процесса?

Медленно тянусь губами к его губам и целую. Он поддаётся, и я чувствую, что ему нравится, как я дразню и играю. И мне тоже нравится. Особое удовольствие контроля ситуации.

Скольжу ладонями по груди Егора, чувствуя под пальцами, как быстро стучит его сердце.

Хочу забраться под футболку и провести пальцами по крепким мышцам, но не решаюсь, боясь зацепить шов. Поэтому поддеваю пальцами резинку его спортивных штанов и чуть тяну вниз.

Вертинский облизывает пересохшие губы, неотрывно следя за моими действиями. Уверена, ему бы очень хотелось меня поторопить, но он предпочитает наслаждаться и ожиданием тоже. Пусть таким томительным, даже мучительным.

Егор чуть приподнимается на постели, помогая мне стянуть с него штаны и бельё. Его член уже давно каменно-твёрдый.

Я обхватываю его рукой и начинаю медленно скользить вверх и вниз, наблюдая, как вдохи Вертинского становятся глубже, а выдохи резче.

— Юль… — выдыхает негромко, но рвано, — я с ума сейчас сойду…

Кажется, я тоже. Само ожидание его удовольствия невероятно возбуждает. Надеюсь, у меня получится доставить ему это удовольствие.

Я чуть отползаю и наклоняюсь, приоткрываю рот, а потом касаюсь губами головки члена. Она очень гладкая и нежная, мне приятно скользить вокруг неё языком и обнимать губами.