Он должен был признать, что первое потрясение прошло. Он уже немного свыкся с ситуацией, которая неожиданно возникла и не собиралась уходить. Будут последствия, не в последнюю очередь финансовые, но он справится, и сделает это без неохоты и негодования. Он выстоит. Умел делать это с самого детства, когда умерла его мать и он остался один.
— Сейчас это не важно.
— Ты хочешь сказать… — Странный разговор о браке всплыл у нее в голове.
— Завтра я сообщу всем, что женюсь.
— Лука, нет. — Корделия почувствовала, что должна вмешаться, пока его не занесло слишком далеко. — Я пришла сюда не для того, чтобы… Мы оба согласились, что просто поддались влиянию момента. И что в принципе не подходим друг другу. Я знаю, все изменилось с этой… ситуацией… но с какой стати мы должны начать думать о том, чтобы немедленно пожениться, потому что скоро станем родителями? Я буду очень рада, если ты будешь поддерживать с нашим ребенком постоянные отношения, но это вовсе не значит, что ты должен жениться на мне. Вовсе нет! Я не нуждаюсь в одолжении и сумею устроить свою жизнь. Ты же не рыцарь в сияющих доспехах и на белом коне, мчащийся мне на помощь.
— Боюсь, выбора нет.
Корделия уставилась на Луку, удивляясь, как же он, должно быть, старомоден, потому что никто давно уже не считает, что беременность непременно должна сопровождаться походом к алтарю.
— Что ты имеешь в виду?"
"— Может быть, в вашем мире, — мягко сказал Лука, — для женщины вполне приемлемо воспитывать ребенка, одновременно отодвигая его отца на второй план, но в моем мире так не принято.
— А при чем тут второй план? — спросила Корделия.
— При условии, конечно, что все будет в порядке, ребенок получит мое имя и станет моим наследником… Долг велит мне нести ответственность за моего сына… или дочь, конечно. Так и будет.
— Извини, но в этом участвуют двое, Лука. Это не только твой ребенок и совсем не данность, что его или ее будущее должно быть определено тем, что этого требует долг! Кроме того… ты ведь сбежал от всех своих замечательных обязанностей, когда угодил в ловушку, подстроенную штормом?
У Луки хватило такта покраснеть.
— Мне не нравится слово «сбежать».
— Ты понимаешь, о чем я. — Корделия нетерпеливо прищелкнула языком.
— Я лишь немного отвлекся от своих обязанностей. Всем время от времени нужен отпуск.
— Это был не праздник, Лука. Когда люди сбегают от всего мира, маскируются, чтобы их не поймали… Это совсем другое!
— С каких это пор ты стала такой спорщицей? Мы должны пожениться, Корделия. Мой ребенок… наш ребенок будет рожден в семье Барези.
— Ты ведешь себя неразумно. — Корделия услышала легкую дрожь в своем голосе.
Она сказала, что пришла сюда только за тем, чтобы сообщить о ребенке. Но в глубине души жили романтические мечты.
