Поэтому ничего страшного не случится, если мы не предупредим его заранее о предстоящем событии. Кто знает? Возможно, он воспримет все это с радостью.
Корделия хранила упорное молчание. Лука прекрасно понимал, что делал. Она согласилась с его замечанием о том, что ее отцу пришлось преодолеть разочарование от ее лжи, но не смогла принять логику, стоящую за этим замечанием. Люка, как она обнаружила, не пытался смягчать удары. В любом случае он говорил то, что считал нужным сказать. И с этим не поспоришь.
Одному богу известно, что отец думает о ней сейчас, после того как узнал, что она солгала ему относительно этой поездки.
Лука никак не мог, да даже и не пытался, понять, что она чувствует. При этом Корделия не хотела казаться уязвленной и нуждающейся в моральной поддержке. У нее не было причин не доверять ему, всему тому, что он запланировал относительно их будущего.
Здравый рассудок советовал быть хладнокровной, но при этом она понимала, что вынужденно приняла условия их отношений, которые были ей фактически навязаны. Однако эта ситуация была навязана также и Луке, и не было ничего оскорбительного в том, что он оказался на высоте положения и делал все, что в его силах, чтобы Корделия чувствовала себя комфортно и смирилась с выбором, который сделала. Он гордился тем, что прошел лишнюю милю. Так какое право она имеет в чем-то его упрекать? Она должна уметь сохранять стойкость и зрело относиться к происходящему. Но, невзирая на попытки совладать с эмоциями, ей не давала покоя мысль о том, что ее отец отправится в Италию, оставив на произвол судьбы свой любимый Корнуолл, и будет вынужден столкнуться с неким сверхъестественным для себя событием, не имея необходимого опыта. Она инстинктивно повернулась к Луке, чтобы услышать то, что он должен был сказать, даже несмотря на то, что он был зачинщиком всего этого! Но разве есть во всем этом какой-либо смысл, если речь не идет о любви? — подумала она с отчаянием.
— Не стоит недооценивать силу перемен, — сказал ей Лука спокойно и рассудительно. — Возможно, ты обнаружишь, что уже произошло то, чего ты даже предположить не могла. Он мог за это время убедиться, что прекрасно справляется и без тебя. И даже предпочтет такую жизнь."
"Теперь, когда ее наряд был разложен на кровати и она приняла ванну, Корделия вспомнила сказанное Лукой. В животе у нее все сжалось. Ее отец прибудет на виллу меньше чем за три часа до того, как должен начаться благотворительный вечер. Увидев великолепное поместье, подобных которому никогда раньше не встречал, он быстро сообразит, что к чему. Она как бы между прочим сообщила ему, что Лука, чего они оба изначально никак не предполагали, достаточно богат.
