«Что бы с ним ни сделали, какую бы ненависть он ко мне ни испытывал, я должна его спасти. Хотя бы его. А где, кстати, остальные пленники? Почему я их не вижу?»
* * *
На поляне среди лежащих вповалку людей эльфов не было. Не заметила я их и под деревьями, к которым обычно привязывают захваченных воинов на ночь. Возможно, несчастных разобрали по палаткам, где и оставили до утра после того, как вдоволь ими попользовались.
Озаботиться судьбой других четырех невольников я решила позже, а пока распахнула полог шатра для пятого, самого наглого из плененных мужчин.
— Как тебя зовут?
Я наблюдала за тем, как эльф погружается в тень моего убежища и неуверенно осматривается.
— Зачем тебе мое имя, Чудовище из Сумрака? — Мужчина остановился в центре шатра. Неестественно прямой, стыдливо прикрывающий свою наготу, он то и дело косился в сторону разобранной кровати.
— При знакомстве принято представляться. — Я понимала, что несу чушь, но ничего лучше не смогла придумать.
Эльф усмехнулся разбитыми губами, а потом взгляд голубых глаз сверкнул сталью.
— Я не дамся тебе, монстр. Буду сопротивляться до последнего. Пусть ты сильнее и у меня нет ни шанса на победу, я лучше погибну как воин, сражаясь, чем продолжу жить как калека и подстилка. Клянусь, ты меня не возьмешь, — и договорив, он решительно вздернул подбородок.
— Садись, — кивнула я на раскладной деревянный стул. — Никто пока не посягает на твою честь."
"Эльф вздрогнул, и я сообразила, что сморозила глупость — второй раз за последние пять минут: сегодняшняя ночь оставила от чести бедолаги одни лохмотья.
— Здесь ты в безопасности, — поспешила я исправить свою оплошность. — То, что принадлежит эйхарри, не трогают. А сама я не опущусь до насилия.
Плечи воина немного расслабились, но на лице по-прежнему читалось недоверие.
— Прошу, сядь. И скажи, как к тебе обращаться.
С видом, будто делает одолжение, эльф опустился на стул, на самый его краешек. Он сел осторожно, но его зубы все равно сжались от боли: я заметила, как напряглись, отчетливо проступив под кожей, желваки.
Свое имя пленник так и не назвал. Спустя минуту молчания стало окончательно ясно, что ждать ответа нет смысла.
— Надо бы раздобыть тебе одежду, — сказала я, и светлая бровь пленника дернулась в удивлении.
— Желаешь прикрыть все эти уродливые следы, которые оставили на мне твои люди? А я был уверен, что Чудовищу из Сумрака нравится вид крови.
Голос эльфа сочился ядом, а еще он скрипел, словно сухая галька под ногами, и это напомнило мне о том, как несчастный тянулся к осколку глиняного кувшина, в котором сохранилось немного жидкости.
— Хочешь пить.
Я не спрашивала — утверждала. Глаза эльфа расширились. Подобравшись, он тяжело сглотнул и облизал губы, шершавые, как листы папируса.
