– И все так боятся Саймонса, что про брауни поговорить не с кем, кроме него?
– Да, знаете ли, даже сэр Джаспер… он, конечно, не сэр, но мы его так по привычке называем, – не решается с ним спорить, – заявила Глэдис.
– Почему же это Джаспер – не сэр? – удивилась Марина.
– Ну, он младший сын, – пояснила Глэдис снисходительно. – А титул и имение наследуется старшим.
– Однако Десмонд… я хочу сказать, милорд – тоже младший сын, а он и сэр, и наследник, – непонимающе свела брови Марина.
– Так ведь сэр Алистер умер! – Глэдис смотрела на нее как на недоумка.
– Но ведь еще до этого умер старый лорд, а Джаспер не стал наследником, в то время как Десмонд наследовал после своего брата, – запальчиво возразила Марина. – Я знаю, Джаспера лишили наследства, но за что?
Глэдис дрожащими руками схватила пустые кувшины.
– Простите, миледи, – пробормотала она, – но ежели узнают, что я тут с вами все утро болтала, да еще и обсуждала господ, меня в два счета выгонят из замка. А что я буду делать в деревне? Моим родителям и без меня туго приходится. Уж тогда мне только и останется, что утопиться с горя, и даже без помощи мистера Саймонса. Вы уж лучше спросите, если что нужно, у леди Джессики. Она все знает, а ее даже сам мистер Саймонс побаивается, потому что уверен, будто она… Ой! Что я говорю!
Глэдис прихлопнула рот ладонью, забыв, что в руке у нее кувшин. Тот медно загрохотал по неприкрытому ковром полу. С испугу Глэдис выронила второй кувшин, потом подхватила оба и пустилась прочь, так и не одев и даже не причесав Марину – благо та никогда не имела горничной и сама умела обиходить себя.
«Выдрать бы девку батогами!» – мрачно подумала Марина и крикнула вслед топоту, удалявшемуся по коридору:
– Эй! А где мне найти ее, леди Джессику?
– В оранжерее-е! – донесся слабый отзыв, и Марина невольно улыбнулась: это слово мгновенно привело ее в хорошее настроение."
"У них в имении на окраине сада стояла оранжерея, и матушка, пока была жива, все свободное время проводила среди своих диковинных цветов. Конечно, потом, когда приехали дядя с теткой, все захирело, цветы померзли: стекла побили, а новых не вставили. Марина хотела бы все восстановить, да ей не давали тратить деньги.
