Оседлав одного из этих самых случайных партнеров, Наташа скакала на нем, как заправская ведьма, ее волосы стояли дыбом, а искусанные груди прыгали мячиками в такт неистовым движениям.
«Так кто кого насиловал, наркоша ты похабная?» – поинтересовался полицейский.
Поскольку ответить на это было нечего, Наташа забрала заявление и удалилась. Она была из породы тех девушек, которые всегда шли по пути наименьшего сопротивления. Это значит – вниз.
Все ниже, и ниже, и ниже…
* * *"
"Она шла, опустив голову, и ей казалось, что ее ведут на привязи, как это уже случалось однажды.
Идет бычок, качается, вздыхает на ходу… Кто читал эти стишки Наташе, когда она была маленькой девочкой с большими доверчивыми глазами? Мама? Папа? Бабушка? Неважно. Время сказок прошло. Теперь взрослая жизнь, и нечего надеяться на чудо.
– Деньги вперед, – хрипло произнесла Наташа, приблизившись к «Ауди».
– Какие мы строгие! – заулыбался парень в салоне. – Привет, Натаха. Чего сипишь? Опять голос сорвала?
Его лицо показалось смутно знакомым.
Наташа и ахнуть не успела, как грубые руки втянули ее в машину. Оплеуха, другая, и вот уже машина сорвалась с места и понеслась куда-то. По радио зачитывали прогноз погоды. Будет ясно и солнечно, ни дождика, ни ветерка. Приятный девичий голосок пожелал радиослушателям доброго дня и хорошего настроения. К Наташе Беловой это не имело никакого отношения.
– Вот и свиделись снова, – сказал сидящий за рулем Гек.
– Или неприятным, – фыркнул Чук.
– Отпустите, – взмолилась Наташа.
– Опустим, обязательно опустим, – пообещал Гоша. – Из-за тебя, коза драная, нашего босса завалили, забыла?
Разве такое забудешь? По всем местным телеканалам крутили репортажи о дерзком убийстве курганского бизнесмена Соловьева. Его начальник службы безопасности скончался от огнестрельных ран в больнице. Убийцу арестовали на месте преступления.
Выходит, кроме самой Наташи, постоять за нее некому.
– Он сам виноват, ваш Соловьев! – сказала Наташа.
– Вот как? – удивился Чук. – Ты, сука, прописала в своей газетенке, что братья Соловьевы воры и убийцы, они тебя проучили немного, так они же и виноваты? Ошибаешься, тварь.
– За все ответишь, – прошипел Гоша, хватая пленницу за подбородок.





