Их любые кочевники и степняки норовят обидеть, ограбить, лишить жизни, а то и поглумиться над мертвыми!
Вспомнились поляне, каких встретили с Олегом и Мраком, когда впервые вышли из Леса – распятый Степан, обесчещенная Снежана и Зарина. Этот орущий на него саргонец тоже кочевник, и дудошник почувствовал, как внутри закипает гнев.
Все звуки исчезли, как отрезало. Его окутала пульсирующая тишина. Пропал шум собравшейся вокруг толпы. Перед внутренним взором невра появилась картинка в мареве – этот саргонец вместе с остальными мужчинами в таборе напал на небольшой хутор.
Зарубили не сумевших оказать сопротивление мужчин и стариков. Женщин и девок они пустили по кругу и по очереди надругались над каждой. Затем ради забавы вскрыли им животы, обнажив внутренности, отрезали груди и скормили своим псам. Потом закопали все еще живых.
Таргитай узрел, как в прошлое тянется род этих людей в таборе, и понял, что близкие предки явились с гор, жили разбоем и набегами. Позже стали наниматься в войска царей, что расширяли владения огнем и мечом, сокрушая и покоряя мирные соседние племена и народы.
Теперь ездят по землям, где в прошлом почитаемые ими предки без меры лили кровь, и зарабатывают деньги, показывая фокусы, часто выманивая монеты за ложные предсказания судьбы, а то и вообще срезая кошельки с поясов у зевак.
Резкий голос того, кого звали Асланом, ворвался в думы Тарха, возвращая к действительности.
– Что хлопаешь глазами, точно красна девка? Или замечтался? Ха-ха-ха!"
"Ему вторил громкий сочный смех остальных саргонцев. Таргитай смотрит непонимающе, но потом в глазах появилась печаль, что всегда ему попадаются злые люди.
– Да у него вон глаза голубые да ресницы длинные, точь-в-точь, как у девки! – сказал чернобровый с блестящими на солнце во рту золотыми зубами.
– Аслан! Гляди, какой у него меч! – ахнул другой.
– Ха-ха, да гляньте же на его харю! – подхватил еще один. – Это наверняка местный дурачок, оружие никогда в руках не держал! Он, если и достанет этот меч, то, небось, машет им, как дубиной!
Крепкий на вид Аслан, пусть и чуть ниже Таргитая, рассмеялся и снова заговорил, обращаясь к дудошнику:
– В общем так, умник! Ты оскорбил наш табор, нашу Гавану и ее мужа Сапрода – нашего барона – лично! Можешь возместить ущерб золотом. Или отдать свой меч! Выбирай!
Аслан с завистью посмотрел на торчащую из-за спины дудошника рукоять.
– Вот это я понимаю – оружие! – сказал он восхищенно. – Да его под стать носить лишь какому-нибудь богу или саргонцу, вроде меня! Мы ведем свой род от самой богини Агни! Так что отдавай меч и можешь проваливать! – Он зыркнул на Таргитая злобно. – Шевелись тебе говорят!
Нестор в испуге глянул на спутника, но тот не двинулся с места.
