В этом поцелуе было все – невероятная нежность, захватывающая страсть, изысканная чувственность, и та бездна его любви, о которой я раньше даже не подозревала. Теперь узнала, со всей очевидностью, рухнувшей на меня словно теплая волна океана, который я видела лишь в далеком детстве. И меня унесло, смыло в этот океан, закружило в водовороте, заставив потерять все мысли о неправильности и непристойности…

* * *Мрак

Ээсаон

Тахир проснулся от рева. Дикого, сотрясающего рева, и лишь после услышал скрежет. Комочек мрака завозился в его руках, испуганно вздрагивая, но демон уже знал – здесь, в камне, он неуязвим.

Как оказалось – ошибся.

Когда по камню заскрежетали когти, Тахир подобрался, но все же еще не испытывал страха.

Страх сковал его лишь тогда, когда его монолитное укрытие пошло трещинами, а в следующий миг с камня, как скорлупку с ореха, кто-то снял верх. И Мрак снова потряс рык, на этот раз полный торжества победы, а затем, испуганный демон услышал рокочущее:

– Вот я и нашел тебя, малышка."

"Дрожащими пальцами демон щелкнул по огоньку, зажигая его, и едва зеленоватый тусклый свет разлился распространяя сияние, Тахир утратил дар речи.

Перед ним стоял монстр. Огромный совершенно черный монстр не менее десяти метров роста. Его жуткая голова состояла казалось из мышц, обнаженных мышц, с которых содрали всю кожу, удалили кости, и сейчас демон видел лишь канаты словно сотканных из самой тьмы мышц, тянущихся, растягивающихся, рваных жгутов материи. Но больше всего, пугал жуткий, невероятно кровожадный оскал чудовища.

– Что же ты побледнела, малышка? – прорычал монстр. – Это же я. Неужели не узнаешь? Ну же, посмотри на…

Таэлран взглянул на свои руки, ожидая увидеть безупречные идеально подпиленные ноготки и не увидел их вовсе.

С ужасом обронив верх камня, он сделал несколько шагов назад не понимая, не осознавая, не желая верить в то, что видит… Он… он не мог поверить!

– Мм, – раздалось вдруг где-то совсем рядом, – у нас гости… И, похоже, я удостоилась чести встретить родную кровь…

На поляну выползла темноволосая, темноглазая девушка, которую можно было бы даже назвать красивой, если бы ее юбка не представляла собой чернильный шипастый хвост.

– Племянник, – протянула богиня, разглядывая монстра, коему едва доставала до колена, – какой же ты хорошенький мальчик.

– Я?! – заревел Таэлран.

– Конечно ты, глупенький, – богиня рассмеялась.

Новый бог замер, глядя, как от ее смеха из спины вырастают ленты плоти, оканчивающиеся острыми шипами, и внутри шевельнулось что-то сродни тому дару видящего, что он утратил, войдя в Мрак.

Оказывается – не утратил.

И Таэлран ударил первым ту, что не была ему ни родней, ни другом.