Желаешь ли ты, чтобы тебя убивали на глазах внука?

А дядя знает, как надо правильно мотивировать. Уж для кого, а для бабули я святое. Вот и сейчас она напряженно замерла, размышляя о своем.

– Бабушка, – хотел было я ее успокоить.

– Внук, слушай и запоминай, – начала она быстро говорить по-русски. – Шутки кончились, сейчас тебе, как никогда, нужно вспомнить все мои уроки. Мы с тобой не зря классиков изучали, в них сила, Дан. Помни – я люблю тебя и горжусь тобой. Семья нас не бросит, так что не лезь на рожон. И не подпускай к себе тех двоих. Родственничек, конечно, представляет угрозу, но более опасен тот, другой. У него очень устойчивый психотип. Так что, внук, я тебя очень прошу: не натвори дел, пока меня не будет.

Она порывисто обняла меня и тут же отстранилась, шагнув вперед.

– Ну, уважаемые, извольте помочь даме, – усмехнулась она.

Родственничек что-то прошептал, и в барьере образовался проем, прямехонько рядом с бабулей, куда она незамедлительно шагнула. Я даже сделать ничего не успел.

И ее увели.

– Начинайте подготовку к ритуалу, – приказал оставшийся сообщник Первого.

– Мне что же, прямо сейчас кровопускание делать будут? – вознегодовал я.

– Можешь обращаться ко мне – Третий, – посмотрел на меня мужик. – Нет, ты нам понадобишься ближе к вечеру. Сейчас же отдыхай, набирайся сил.

– Слушай, Третий, а я тебя раньше не видел? – Что-то мне его рожа кажется знакомой. – Во дворце у отца.

– Возможно, – спокойно пожимает тот плечами."

"И уходит, за ним потянулись остальные. А я остаюсь один на один со своим беспокойством. Опять бабуле грозит опасность. Эта мысль набатом раздавалась у меня в голове. В ушах шумит, в глазах темнеет, руки трясутся. Убью, всех порешу, и ничего мне за это не будет – я наследник. Потом вспомнил, что бабушка мне за излишнюю кровожадность может навешать подзатыльников. Я и так натерпелся во время путешествия и еще больше подставляться не собираюсь. Вроде успокоился, по крайней мере, уже не хочется биться головой об стену.

Но уродов этих я все равно укатаю. Хоть бабуля и велела ждать подмогу, но просто сидеть сложа руки я не могу. Надо будет, я эти каракули зубами выгрызу, лишь бы освободиться.

Ирва

Ну что я могу сказать? Допрыгалась ты, Ирма Львовна. Кончилось твое везение, голубушка. Вот как с Ванькой связалась, так оно и кончилось.

Тефаля-а-а!

Примерно так я себя распекала, пока меня вели на верную гибель.

– Стоп! – запнувшись в очередной раз, рявкнула я. – Витаэль, а ты ничего не забыл? – смотрю на него пристально.

– Нет, – схватил он меня за руку и попытался тащить дальше.

– А я тебе говорю – забыл, – топнула я ногой.

До чего дожила, истерики закатываю.

– Предсмертное мое желание исполнить забыл, – невозмутимо продолжаю, взяв себя в руки.