Уж не знаю какими связями обладал Воронцов-старший, но сведения он мне передал довольно интересные и, самое главное, актуальные — князь не только предоставил уже известную мне информацию о том, что ИСБ целым отделом шьют на меня дело, но и предостерёг от каких-либо ответных агрессивных действий, прямо заявив, что руководство конторы не только этого от меня ждёт, но и намерено использовать все средства, чтобы спровоцировать меня на агрессивные шаги. По большей части благодаря этому мы и решили провернуть всю операцию именно в аномалии, а не пытаться по-быстрому и нахрапом решить всё в кабинете особняка Звягинцева или, того хуже — в офисе его конторы.

— С учётом обстоятельств, считаю участие в этих праздничных мероприятиях с нашей стороны лишним, — твёрдо произнёс дядя, сидевший в кресле напротив.

— Мне, может, вообще в четырёх стенах запереться и сидеть, поджав коленки? — недовольно буркнул я.

А вот Святогор мой оптимизм по поводу некоего контроля над ситуацией не разделял. Дядя, стоит ему отдать должное, не без оснований считал, что выдыхать ещё очень рано и угрозы моей жизни никуда не делись. Поэтому всех людских столпотворений, которыми неизбежно будет кишеть площадь перед университетом первого сентября, он хотел избежать.

— Тогда будешь перемещаться в кольце охраны, — повёл плечом начальник моей СБ и добавил: — Иначе никак.

— В университет их со мной всё равно не пустят.

— Там уже такой толпы не будет, да и кого попало внутрь не пускают. Так что Татьяны с Еленой вполне хватит.

С девушками вышла, можно сказать, по-своему забавная и интересная история. После того, как нам удалось их пленить, а следом и сделать одержимыми, последовала череда допросов и попыток найти концы.

Сложностей на этом пути не возникало практически совсем.

Убийцы получили задание на моё устранение от вышестоящего начальника, который по совместительству являлся одним из инструкторов при военной академии Якушевского княжества. Сам мужчина, к сожалению, без нашей помощи пропал без вести, и добраться до него у нас не вышло. Не считая этой странности и того, что сами Якушевы, судя по докладам бесов, ни сном, ни духом не знали о том, что пытаются меня убить, остальные улики вели именно к ним. Под уликами я имел в виду и дорогое оружие, которым снабдили убийц, и принадлежность самих девушек к вышеназванному княжескому роду, и, в конце концов, имевшийся у них мотив.

Последнее, правда — аргумент довольно слабый. Точнее, по такому критерию можно было коситься на очень многих вокруг. Впрочем, именно так мне и приходилось жить — рассматривать каждую фамилию в своём окружении под пристальным вниманием, и шерстить память и имевшиеся в распоряжении документы на предмет контакта исследуемой личности и его рода с моими предками.