Пришлось невинно улыбнуться в ответ.

— Маринка спрашивала. — Женя прищурился, а я испугалась, что он мог вычислить мою маленькую ложь и легла на другой бок. — Спокойной ночи.

Затылка коснулись его губы, вызывая мурашки.

— С днём рождения, маленькая моя.

Маленькая моя… Он уже очень давно не называл меня так ласково и это дало о себе знать учащенным сердцебиением. Кровь прилила к щекам, а губы засаднило.

Кровать освободилась от лишнего веса, я услышала, как заботливой рукой закрываются створки окна, чтобы я не простыла за ночь, а потом и свет погас.

Выдохнула, сдерживая непонятные чувства.

Чувства, которых быть не должно. Чувства, которые можно полелеять сейчас, но завтра, когда протрезвею, они должны быть закрыты на семь замочков и один амбарный и никогда о себе не напоминать. Потому что нельзя. Потому что неправильно. Потому что аморально.

“У него никого нет. Никого.” — проносилось в мыслях сто тысяч раз и это приносило облегчение, радость, надежду…

НЕТ! Никакой надежды!

Соскочила с кровати и принялась растирать лицо руками, пытаясь загнать мыли поглубже, но поздно, я уже дала им спуск.

А что, если… Что, если?"

"Комната становилась тесной, мысли снова начали путаться, но я уже ухватилась за идею и поползла к краю постели.

Где-то в шкафу отрыла старую Женину футболку, которую приватизировала у него взамен испорченной пижамы, но так и не решалась её одевать. Стащила со стены гитару и отправилась в его кабинет. Почему-то я была уверена, что он там.

И я не ошиблась. Стоило только приоткрыть дверь кабинета, как в ноздри ударил его запах, который ни с чем нельзя было перепутать. Женя сидел за рабочим столом, перелистывая свои бумаги. Он как-то напрягся, когда я вошла на его территорию.

Поднял глаза, пробежавшиеся взглядом по моему внешнему виду и в один миг потемневшие.

Я прошла по мягкому ворсу ковра и уселась на стул в удобную позу, стараясь не думать о том, какая я сейчас растрёпанная и как сильно блестят мои пьяные глаза.

Женя молчал. Отложил бумаги и сцепил в замок пальцы рук, будто пытаясь удерживать себя в руках.

Музыка полилась тихой рекой, создавая атмосферу. И с первых же слов я приковала Женино внимание. Он слушал удивлённо, завороженно и даже восхищенно, но я сейчас не придавала этому значения, потому что выворачивала для него свою душу, вкладывала значение в каждое слово.

Просила понять…

(Песня в группе)

Все что было до меня обнуляй.

Жизнь море. Ща поныряем.

Только ты давай мне доверяй,

И мы телепортом с тобой прямо в рай.

Ты тот, о ком бьется в моей груди.

Я улетаю.

Вот такой вот мой тупой припев о любви.

Тебе.

Струны затихли, сдав пальцам последнюю вибрацию, а я не отрывала глаз его лица, на котором обозначилась одна из тех улыбок, которую я однозначно добавлю в свою коллекцию его эмоций.