Как я вам уже говорила, когда Настя отправилась в первый класс, старшая сестра перешла в третий, и отец заявил:
– Ты большая, изволь следить за маленькой."
"Полина приводила Настю в школу, помогала переодеться, после уроков вела домой, разогревала обед, усаживала сестренку за уроки…
Настя панически боялась собак. Никто не мог понять причины этого страха. Но появление самой крохотной болонки, пусть даже на поводке и с хозяйкой, вызывало у Настасьи истерический припадок со слезами.
Однажды к Поле пришли подруги. Девочки принялись самозабвенно одевать кукол, но Настя, которую по малолетству не принимали в игру, все время ныла и лезла к старшим. Полине это надоело, и она сказала:
– Сейчас мы от нее избавимся.
– Как? – удивились одноклассницы.
– Просто, – усмехнулась старшая сестра, – ты, Ленка, распахни дверь, кликни Настьку, а когда она появится, скажи, будто пришла с громадной собакой. Моя дурочка жутко псов боится.
– Не поверит, – протянула она.
– Еще как поверит, – успокоила Поля.
Потом она открыла шкаф, вытащила из его недр каракулевую шубу, оставшуюся от матери, нацепила на себя, встала на четвереньки и зарычала:
– Р-р-р, похоже?
– Здорово, – захихикали одноклассницы, усмотревшие в забаве всего лишь веселую шутку.
Поля притаилась у входа, Лена позвала Настю и сообщила невозмутимым тоном:
– Будешь приставать, собаку спущу.
– И где ты ее возьмешь? – хитро прищурилась Настя.
– А вот она, – заорали третьеклассницы хором, – волкодав-водолаз!
– Гав, гав, гав, – залаяла басом Поля и выскочила из укрытия.
Младшая сестра секунду глядела на старшую остановившимся взглядом, потом, не издав ни звука, рухнула на пол. Шутницы перепугались и принялись пригоршнями лить на трусиху холодную воду. Тут вернулся с работы Аркадий, отругал «няньку», вызвал врача. Настю привели в чувство, но… Но ноги отчего-то перестали слушаться девочку. Целый год Аркадий таскал дочку по разным специалистам. Но светила только качали головами. Истерический паралич – вещь известная, но малоизученная. Как бороться с подобной болячкой – не слишком понятно. Прописывали массаж, ванны, электрические процедуры… Толку никакого. Настенька сидела в инвалидном кресле.
– Мне было больше жаль Полину, – вздыхала Анна Петровна, – бедняжка так убивалась, даже пыталась с собой покончить, хотела вены перерезать… Но отец увидел и выдрал ремнем.
У Насти словно замедлилось физическое развитие. Шло время, но мелкие черты ее правильного личика будто законсервировались, тоненькие руки напоминали вязальные спицы, а бездействующие ноги походили на переваренные макароны. При этом у больной резко ухудшился характер. Справедливости ради надо отметить, что Настя и раньше была не сахар.
