Вечер
Стас
— Что мне нужно делать? — спрашивает Алена, теребя цепочку сумки.
Отлипаю от экрана мобильного телефона, в котором пытался читать последнюю информацию, присланную помощником. Почему пытался? Потому что взгляд то и дело возвращался к Алене. Вот уже минут двадцать я стараюсь сосредоточиться, но все это просто бесполезно.
Она невероятной красоты девушка. Всегда такой была. Но сегодня выглядит просто потрясающе. Мне сложно держать себя в руках, хочется рассматривать ее, потянуться к ней и коснуться нежной кожи. А еще хочется разорвать это платье к чертям собачьим и трахнуть Алену прямо тут. Тогда мы наверняка развернемся и поедем в другое место, а не туда, где все мужики будут на нее облизываться. В паху звенит все, что только можно.
Как я буду держаться весь вечер — не представляю.
— Ничего необычного, — прочищаю горло и отвечаю на ее вопрос. — Будь собой и держись рядом. На вечере будет весь цвет города, папарацци тоже набегут, но это нанятые люди, которые не станут задавать вопросы о личном.
Что-то изменилось в ней. Вижу, что перестала сопротивляться. Приняла свою судьбу, адаптировалась? Или вспомнила, что на самом деле чувствовала ко мне? Мне еще предстоит в этом разобраться.
— Не боишься, что я опозорю тебя? — спрашивает неожиданно и легко усмехается.
В темноте салона автомобиля вижу, как блестят ее глаза и бриллианты мерцают в свете встречных машин. Да твою мать! Мозг тупо скручивает в трубочку, опуская меня до уровня инстинктов. Забрать свое. Присвоить. Чтобы больше никто. Ни пальцем.
— Ты не из тех женщин, которые позорят своего мужчину, — твердо говорю я.
Аленка поворачивает голову, внимательно смотрит на меня, а после мягко улыбается и произносит снисходительно:
— Ты не мой мужчина, Стас.
— На сегодня ты моя спутница, — это как минимум, но мне хочется добавить больше.
О том, что она может даже и не надеяться, что ей позволят искать себе мужика. Этому не бывать. Что она уже в ловушке и бежать ей некуда, да и не имеет это смысла. У меня остался незакрытым только один вопрос — с ее сожителем. Я бы мог послать своих людей и раскопать информацию о том типе, но хочу, чтобы на этот вопрос мне ответила Алена. Лично.
— Только на сегодня, — продолжает так же мягко. — Но и это не помешает мне напиться и что-нибудь выкинуть.
— Нет, — говорю спокойно. — Ты из тех женщин, которые показывают зубы только наедине, за закрытой дверью. Прилюдные истерики — это не твое. Ты умеешь держать себя на публике. Отстраненно — так тебя научила работа, но это даже хорошо, у чаек не будет повода выцепить лакомый кусок со свежей сплетней о тебе.
— Так хорошо знаешь меня?
— Иногда мне кажется, что я совсем тебя не знаю, Ален, — признаюсь честно. — Но мне кажется, что понимаю тебя на все сто.
