Я притягиваю Диму к себе и прикрываю глаза, чтобы Гордей не увидел моих эмоций.

— Я так тебя люблю, солнышко.

— Очень-очень?

— Очень-приочень.

— И мы на море с папой полетим?

— На море?

Я смотрю на Гордея, понимая, откуда ноги растут.

— А это наш второй, с Димой совместный подарок. В Турции сейчас сезон, будет здоров там отдохнуть втроем, на солнышке погреться.

— Мы же полетим, мам?

Дима смотрит на меня с надеждой, что я не могу ему отказать. А вот на Орлова смотрю таким взглядом, чтобы он сразу понял, что нас с ним ждет серьезный разговор.

Вот только, когда сынок, наевшись торта, снова убегает, поговорить нам не удается.

Ему звонят, и он почти сразу принимает вызов, словно понимая, что ничего хорошего от меня ему ждать не стоит.

А вот внутри меня голос так и шепчет, что я обманываю и его, и себя, играя в этот показной спектакль. Будь я по-настоящему против, не приняла бы ни серьги, ни путевку в Турцию.

Когда разговор заканчивается, Орлов смурнеет, и весь мой гнев после моментально испаряется.

— Мама в больнице, Сонь. Ты прости, мне нужно отъехать.

Глава 30

Гордей"

"Областная больница, в которую привезли мать, находится в двадцати минутах езды от квартиры Сони, так что у меня есть время слегка подуспокоиться и взять себя в руки.

Вопреки моим ожиданиям, что мать симулирует, судя по голову врача, всё довольно серьезно.

Когда я практически залетаю в палату к матери, та лежит пластом на кушетке и выглядит настолько бледной, будто находится при смерти.

Сердце сжимается, когда я вижу ее такой.

— Как она, доктор? — спрашиваю я, как только врачи заканчивают очередной осмотр матери.

— Инфаркт в таком возрасте — не шутки, но организм крепкий, однако мы еще проведем коронарографию, чтобы определить, насколько поражены сосуды.

— Деньги — не проблема, так что делайте всё, что нужно.

Оплатив матери платную палату, я сажусь в коридоре, пока идет тщательное обследование.

Прикрыв глаза, я пытаюсь привести себя в норму, а затем чувствую на себе чужой взгляд. А когда вижу, кто это, встаю, не желая сидеть.

— Что ты тут делаешь? Мы вроде всё обсудили.

Мне не нравится присутствие Дмитрия, и я бычусь, всем видом показывая ему, что тут ему не рады.

— Я привез Сеню в больницу, когда ей плохо стало.

Не уйду, пока не пойму, что с ней всё в порядке.

— У нее инфаркт, что тут может быть в порядке?

Я хмыкаю и прищуриваюсь, с подозрением глядя на Дмитрия.

— Так из-за тебя у нее сердце прихватило? Я же сказал тебе, чтобы ты исчез из нашей жизни и к матери моей, тем более, не лез. Не нужно ей голову морочить.

— Она сама ко мне приехала. Устроила скандал моей жене и требовала, чтобы та ушла из дома. Она сама довела себя до такого состояния. Я ей никаких надежд не давал.

— Серьезно? А у меня другое мнение.