Ты перессорилась с видными родами, девочка. Думаешь, дружба с Лейфом не позволит выбросить тебя из Академии?

— Я не нарушаю правила.

— Ты регулярно их нарушаешь, и однажды я поймаю тебя за руку, — зло сказал он. — Не помогай Аабергу. И, может быть, тебя оставят в покое.

С этими словами он развернулся и пошел к загонам. А я поспешила догнать своих друзей.

— Что ему было нужно? — спросил Эйнар.

— Ничего, — отмахнулась я. — Но как же надоели его придирки. Вот кому я бы с удовольствием устроила пакость.

— Такому устроишь, — уныло сказал друг. — Пожалеешь, что на свет родился.

Я оглянулась на удаляющегося Крона и пожала плечами:

— Смотря, как замести следы.

И эта мысль крепко засела в моей голове. С занятий я вышла, мысленно перебирая все прошлые каверзы и пытаясь сообразить, как отплатить Крону и не попасться. Не знаю, что меня больше всего задело — то, что он цеплялся ко мне или то, как он постоянно смотрел на Вестейна.

Эйнар и Сигмунд, кажется, чувствовали мое настроение. Первый все время обеспокоенно косился на мое лицо.

— Ты смотришь на меня, как на Котика, — не выдержала я.

— Он примерно так и выглядит, когда задумывает очередную глупость, — обреченно сообщил Эйнар.

Сигмунд не смог сдержать смешок. Ответить я не успела. От дальнего плаца раздался разъяренный вой.

Я развернулась туда, прежде чем вообразила, что делаю. И только потом заметила пятерку байлангов. К седлам четырех псов по-прежнему был привязан комок сетей. Только теперь в нем копошилось что-то белое. Именно оно… точнее, она издавала такие звуки.

— Анна, ты куда? — изумился Эйнар."

"И только после этого я заметила, что быстрым шагом двигаюсь к плацу.

— Хочу посмотреть, — ответила я.

— Не разрешат же! — возразил Сигмунд. — Это опасно. Смотри, всех гонят прочь.

Я и правда заметила, что несколько крепких парней в летных костюмах разворачивают адептов. Но двигаться вперед не перестала. Друзья не отстали, Эйнар тяжело вздохнул.

Скоро я смогла приблизиться и рассмотреть, что среди цепей бьется байланг. Но тут передо мной возник незнакомый мужчина.

— Назад, — приказал он.

Я одарила его своей самой очаровательной улыбкой и захлопала глазами.

— Мы только посмотрим, — попыталась разжалобить стража я.

— Запрещено, — мотнул он головой.

Но тут я заприметила куратора, который разговаривал с крепким мужчиной лет пятидесяти. Пышными белые усы, грива таких же белых волос и мундир намекали, что это и есть командир. Вопреки здравому смыслу и тому, как вела себя всю неделю, я тут же выпалила:

— Мне надо срочно поговорить с куратором! Вот он.

После этого я безапелляционно ткнула пальцем в сторону Вестейна.

У стража глаза на лоб полезли.