"
"Вдруг от земли, в полутора метрах, отделился и нарисовался невысокий человечек с длинной винтовкой за плечами и коротким автоматом в руках. Над вид — едва ли шестнадцать дашь, хотя крепенький, мягкий в движениях и обряжен в самодельный камуфляж — нашиты веревочки, тряпочки, лоскутки, лицо размалевано полосами, как у индейца. Только перьев не хватает…
— Какой красавец! — неподдельно восхитился Грязев, заметив, что за плечами у снайпера — «винторез», оружие, редкое по нынешним временам даже в спецназах.
— Ну, и что ты меня искал? — невозмутимо спросил он и безбоязненно уселся напротив, цепким взглядом обшаривая Саню.
— Не тебя искал, — вздохнул тот. — Твой товарищ обманул, сказал, снайпер из спецназа. Оказалось…
— Ты, курвенок. — Анатолий Иванович толкнул прикладом «ковбоя». — Язык отрежу, понял? Салага…
— Да ладно, Анатолий Иваныч, — виновато замялся сержант. — Он свой мужик, я проверил — надега… Натасканный — высший класс. Потому и ходит пустой.
— У духов тоже натасканные есть…
— Не сердись, Анатолий Иванович, — примирительно сказал Грязев. — Пойдем пошепчемся? Снайпер глянул на «ковбоя».
— Это можно.
Они отошли за камни, присели по-чеченски, на корточки.
— Скажи мне, брат, где «винторезик»-то добыл? — спросил Саня.
— В горах нашел, — отмахнулся хитрец. — Иду — валяется…
— Ладно, не ври. «Винторезы» в горах не валяются. Кто дал?
— У чеченца выменял, за мешок гороха, — дурачился Анатолий Иванович. — Что у тебя за интерес? Странный ты мужик…
— Своих ищу, — признался Грязев. — Второй месяц брожу по Чечне.
— Ты что, отстал, потерялся?
— В другом месте работал. Попутно сюда заглянул. Следы нашел, а на людей выйти не могу. Если вывели моих, придется в Москву выбираться.
— Тебя как зовут? — усмехнулся снайпер.
— Петя Иванов.
— А, понял! Так вот, Петя, если ты не знаешь, где твои, откуда же мне-то знать?
— Да ты много чего знаешь. И я про тебя — кое-что. Это же ты бьешь волков в ухо? Или по тазобедренным суставам, то есть в задницу, для памяти?
— Волков бьют по корпусу! — засмеялся Анатолий Иванович. — Медведей и кабанов в ухо… А по заднице только ребятишек дерут. Знаешь, Петя, мне не нравится, когда много знают, особенно про меня. Не люблю. Вали-ка ты своей дорогой, а?
— Да я свалю, конечно, — согласился Саня. — Только будь другом, выполни одну мою просьбу. Пойди к своему… приятелю, который «винторез» тебе подарил, и назови ему буковки и циферки, которые я тебе скажу. Больно уж «винторезик» этот знакомый. Оружие хоть и на одно лицо, однако царапинка на прицеле… Где-то видел.
— И больше ничего? Только буковки и циферки?
— Ну, можешь добавить, лысый мужик пришел, хочет барыню сплясать, с присядкой.
— Ты что, пляшешь? А ну, спляши?
— Сейчас не могу, ноги болят.
