Очевидно, кавалер пожаловался Верке, потому что та позвонила Лике и завопила:
– С ума сошла, кретинка! У Жени загородный особняк, квартира, машина, бизнес…
– Он мне не нравится, – возразила Лика, – не задел струн моей души!
– Тоже мне, блин, балалайка нашлась, – разъярилась Верка, – ну и что получила, всю жизнь влюбляясь? Да у тебя ботинок приличных нет, рвань одна. На себя наплевать, о парне подумай, приятно ему в секонде одеваться? А квартира? Да твоя двухкомнатная трущоба отвратительна!
Лика тяжело вздохнула и пообещала подумать. Определенная доля правды в словах Верки была, и Лика согласилась встретиться с Евгением еще раз.
Период ухаживания завершился свадьбой. В день бракосочетания влюбленная, счастливая Лика получила несколько неприятных щипков. Во-первых, когда она под звуки марша Мендельсона, уже в качестве законной супруги, шепнула Евгению: «А теперь подхвати меня на руки и вынеси из зала», то получила ответ шепотом: «Нет, давление подскочило, и поднимать тяжести не могу».
Лика сначала обиделась, но потом решила не обращать внимания на «фо па»[1] новоиспеченной половины.
– Извини, дорогая, – заявил Евгений, – но я полюбил другую.
Лика чуть не выпала из роскошного кресла на не менее роскошный ковер.
– Что ты имеешь в виду? – спросила новобрачная.
И тут муж разразился целым спичем, чем больше Лика его слушала, тем сильнее обалдевала. Можете себе представить, до какой степени она была удивлена, если ни разу не перебила Евгения, а выслушала его до конца? Он же с самым спокойным видом говорил ужасные вещи.
– Понимаешь, у меня до тебя была жена, абсолютно безответственная особа, транжирка, страстная любительница брюликов.





