И, само собой разумеется, дети занимали в списке корсиканских приоритетов главенствующее место. Правда, скорее всего это касается лишь детей, принадлежащих к французской ветви нашего семейства, пронеслось в голове Мейбл. А ребенок, случайно прижитый англичанкой, вряд ли заинтересует Виктора Корте…

Она подавила тяжелый вздох, подумав о том, что дерзкое решение, принятое ею около четырех лет назад после долгих душевных терзаний, вряд ли приведет Виктора в восторг.

— Мейбл, дорогая моя девочка, ты все же приехала! — раздался рядом радостный возглас тетушки Памелы.

Ее появление несколько разрядило обстановку и позволило Мейбл отвернуться от Виктора, чтобы тут же оказаться в нежных объятиях его матери. — Как я рада тебя видеть!

— Я тоже рада! — поспешно заверила Мейбл. — Жаль, что папа и Лорна не смогли выкроить время для поездки. У отца в суде сейчас в разгаре одно запутанное дело, а сестра участвует в показе новой коллекции одежды.

— Слава богу, что хотя бы ты приехала! Ведь ты дочь моего любимого сводного брата, а встречаться нам удается нечасто. Сколько раз мы виделись за последние годы?

— Ну… кажется, раза два, — смущенно улыбнулась Мейбл.

— Правильно, — кивнула тетушка Пам. — Один раз в Бирмингеме, когда тебе только исполнилось тринадцать лет, а второй — на Корсике. Ты гостила у нас во время пасхальных каникул, когда уже училась в университете. Да-а… Мне очень хотелось, чтобы крестины малюток Рози послужили поводом для примирения всех наших родственников — и английских, и французских. По правде сказать, я сильно огорчена, что Патрик не смог приехать…

— О, понимаю, — участливо покачала головой Мейбл. — Когда вы с моим отцом встречались последний раз?

Тетушка Пам на секунду задумалась.

— Пожалуй, лет десять назад. И, к сожалению, встреча была не слишком теплой. Я приехала к матери, потому что считала себя обязанной познакомить Виктора с его английской бабушкой, но она вышвырнула нас из своего дома. По-другому это не назовешь…

— Отец очень хотел навестить вас, тетя Памела, — горячо произнесла Мейбл. — Уж поверьте мне!

Это была правда. Патрик Эггертон действительно искренне желал увидеться со сводной сестрой, но гордость не позволяла ему сделать первый шаг к сближению.

Поэтому он отправил во Францию дочь, в знак того, что не испытывает враждебности к семейству Корте. Уже пять лет назад он не возражал, чтобы дочери провели каникулы на Корсике. А крестины дочек Рози дали ему повод еще раз продемонстрировать, что Эггертоны благожелательно относятся к семье Памелы, вступившей в брак с соблазнившим ее корсиканцем.

— Папа был очень раздосадован, когда стало ясно, что он не сможет освободиться от дел и приехать, — продолжала Мейбл.