— Типичная берлога холостяка, — поспешил вынести вердикт фамильяр, — Жениться вам нужно, господин Инквизитор, — с видом знатока посоветовал Селим блондину.
— Я подумаю над этим предложением, — сдержанно ответил тот, не забыв при этом стрельнуть взглядом в мою сторону.
А я упорно делала вид, что тонких намеков и весьма красноречивых взглядов не замечала. И вообще, я здесь не для этого.
— Так что вы делали в театре? — поспешила сменить я тему и вернуться к разговору, с которого и начался этот насыщенный событиями вечер.
— А я все гадал, где вы двое могли встретиться, — протянул кот, посмотрев сначала на меня, а затем, переведя взгляд на господина Ламберта, — Да, мне тоже весьма любопытно, что же вы делали в театре? — поддакнул он.
— Это долгий разговор, — почесал затылок господин Инквизитор, — Может, чаю? Правда, сомневаюсь, что в этом доме есть хоть какая-то еда.
Через четверть часа мы втроем расположились на холостяцкой кухне представителя местной Инквизиции. Блондин все же сумел раздобыть помимо чая еще пару яблок и остатки печенья.
— М-да, — многозначительно выдохнул Селим, осмотрев стол, а после повернулся ко мне, — Это тебе не чаепитие у бабушки, Эли.
— Вы уже решили, куда отправитесь после прибытия Инквизиторов? — поинтересовался господин Ламберт, опускаясь за стол напротив нас.
— Под крыло к бабуле, — кивнул кот, попытавшись откусить окаменелое печенье, — В столицу, в смысле, — пояснил он, отплевавшись от крошек.
— Ваша бабушка живет в столице? — удивился господин Инквизитор, — Тогда мне тем более непонятно, почему вы отказались от распределения туда.
— А Эли у нас захотела показать, какая она сильная и независимая, — поделился с блондином фамильяр.
Селим даже воодушевился, найдя того, кому, наконец, может выговориться.
— А я вот ей говорил с самого начала, — продолжил кот, — Что нужно ехать в столицу. Там почет, слава, деньги и бабуля в качестве наставника. Так нет же, — фыркнул он, — Мы всего хотим добиться сами. Даже с фамилией и то решила показать характер, — распылялся фамильяр и запнулся на полуслове, поймав мой красноречивый взгляд.
Кажется, Селима понесло, и он чуть не сболтнул лишнего.
На столь бурную тираду господин Ламберт никак не отреагировал. И заминку фамильяра тоже не заметил. Вместо этого мужчина повернулся ко мне и поинтересовался:
— И как на ваше решение отреагировали ваши родители? Как я понимаю, они тоже живут в столице.
— Жили, — поправила я его, — Родители погибли, когда мне было пять.
Селим тут же отвлекся от заветренного печенья и положил свою лапу на мою ладонь в знаке поддержки. Для фамильяра это была не менее болезненная тема, чем для меня самой. К сожалению, он не успел познакомиться с моими родителями.
