Ну босиком—и что? Жизнь захочешь—крылья отрастишь.Поваленное дерево—перепрыгнем, низкая ветка—поднырнем. Даже согрелась, запыхалась только. Слабая у меня дыхалка— до спорта я ленивая до безобразия всегда была.
Выскочила на полянку. А там избушка полуразрушенная. Да я в такую в здравом уме с роду бы не зашла. Там как правило маньяки с бензопилами сидят. Но тут было не до раздумья. Окинув со лба намокшие от противного дождя волосы, оглянулась. Волки серыми тенями выскочили из леса. Блин , это не волки—это мутанты—переростки какие-то. Я же волков и в зоопарке и в зоологическом музее видела—поменьше они этих.
И я вскочив на полусгнившее крыльцо, толкнула старую дверь. Запрыгнула внутрь и с силой ее захлопнула. Задвинула щеколду и тяжело дыща,рванула к полуразбитому окну. Мамочка моя! Те существа, что носились по двору в холке мне до талии будут. Кто-то поскребся в дверь.
—Уйди прочь, гадина! Я не вкусная –заорала я, закашлявшись, еще не в силах отдышаться. Сердце все колотилось как бешенное и готово было вылететь из груди. Как будто мне было не двадцать лет с хвостиком,а все сто. Вот что тебе Яжка в спортзал не ходилось. А все самомнение раздутое- на фига мне я и так худая. И красивая, не нужно мне на тренажерах умирать, и так отбоя нет от мужиков.
Наконец то отдышавшись, я пришла в себя и огляделась. Куда меня занесло. Поводило носом— пахло сыростью и старостью. На стенах висели полусгнившие венки трав. Грубо сколоченный стол, лавка. Все черное, древнее. Посередине избушки стояла большая русская печь. А рядом с печью… Я потерла глаза. Ого. Ступа. Настоящая, как в сказках. И метла сучковатая отполированная стояла прислоненная рядом. Я подошла и ткнула в нее пальцем. Не бутафорская и как будто из магазина новехонькая. Хотя рядом вон корзины сгнившие стоят.
Нет, не дурка? Может я умерла? И я в чистилище? Наверное меня машина сбила? Ага , в кафе. Нет, здесь что-то другое. Но это потом. Разгоряченное от бега тело потихоньку остыло и замерзло. Мокрая от пота футболка стала неприятно холодить спину. Еще заболеть и помереть не мешало. Не от столбняка так от простуды."
"Так, есть печь, должны быть спички. Я пробежалась глазами по полкам. Полцарства за спички. В глубине души внутренний голос рассудка спросил:
—Ну найдешь ты спички, а дальше?
—Печь разожгу—ответила я самоуверенно.
—Ага. А в каком месте ее разжигают, ты знаешь?
Я замерла вспоминая детские фильмы про русскую печь. Единственное что вспоминалось, как баба Яга в нее Ивашку засунуть хотела, потому как сырого есть дюже не полезно для пищеварения.
Вдруг сверху печи донесся шорох . Я отпрыгнула, готовая в следующую секунду выскочить к волкам.
глава 2
Но из под скомканного старого одеяла высунулась огромная кошачья голова.
