Так, что только гул по площади прошёл.
— Просто так прохожий, на тебя похожий, — хитро и чуть напевно отозвался Корбут не сильно известной присказкой лихих людей. — Я по торжищу хожу, в торбу хлебушек ложу́.
— «Ложить» неправильно, правильно — «класть»! — оскалился гигант так, будто узрел давно потерянного и вдруг найденного на чужбине любимого младшего брата. И ответную часть присказки он знал, гляди-ка. Пожил дядя вволю, видимо, опытный. Пригодиться может.
— Ты чего хоть взъелся-то на убогих? Или на них вина какая, сами пристали? Тогда погоди, тоже веточку сорву да рядом встану, так отмахиваться сподручнее будет! — разведчик положил руку на стоявший рядом резной трёхметровый столбик другого навеса. Толпа брызнула в разные стороны с воем и визгом.
— Да ни Боже мой, куда им, доходягам, приставать к добру молодцу? — ухарски подбоченился великан. — Торопливые просто чересчур. Сказал я корчмарю: завтра деньги будут. А он не верит, воротит рыло и за брагой не бежит!
— Про завтра-то, поди, третий день уж говоришь? — понимающе кивнул Корбут, неторопливо подходя к здоровяку. Пахло от того хмельным не то, чтобы уж прям очень сильно, в самую плепорцию, как князь-батюшка говорил.
— Второй только, — ухмыльнулся тот, показав сколотый наполовину передний правый верхний клык.
— Дикари, дураки дурацкие. Не могли неделю потерпеть, казано ж по-людски: завтра! Эй, сироты! Кто тут другу моему угоститься пожадничал⁈ — крикнул разведчик, оглядывая притихших мадьяров, что стояли на вполне почтительном расстоянии.
— Он всю брагу выхлебал за два дня, нету у меня больше! — тут же вылез чернявый толстяк с пухлыми губами, редкой бородёнкой и рыхлым белым лицом.
— Ты у этого, что ли, столовался? Лучше корчмы не мог найти? — презрительно оглядев брюнета, спросил у нового знакомца старшина разведчиков.
— Ну, обносился малость, куда ноги привели — там и сел. У этого хоть лавки крепкие. И брага тоже, — смущённо ответил громадный мужик, поправляя на себе распахнутый армяк.
— А у меня как раз удача выпала. Довелось под Солнышком погулять вволю, хлебушка в торбочку набрать. И позвенеть в мошне есть чем, — Корбут ткнул большим пальцем за плечо, где на утреннем небе ещё проглядывала исчезающая Луна. Волчье Солнышко. Здоровяк проследил направление и кивнул понимающе, чуть ухмыльнувшись.
— Эй, народ честной, гости да хозяева! Друга давнишнего встретил я, праздник на душе, имею желание поесть от пуза и выпить крепко! Где тут кабак наипервейший, чтоб нам с Васькой не зазорно было посетить? — рука его потянулась за спину, чтоб обнять «друга». Но хорошо, если до середины спины тому достала, уж больно крупный был.
